Алчность

Как ему удалось скрыться? Что, всего через сорок восемь часов после того, как его признали виновным? — Энди всей кожей чувствовал ее гнев и недоверие.

— Думаю, нам лучше сесть, — предложил он.

Мак кивнула. Он знал, что известие повергнет ее в шок, но она еще не до конца осознала весь ужас ситуации. Девушка присела на край гостиничной кровати. Энди подтащил стул поближе к ней и сел. Она молча смотрела на него. Он не мог прочитать ее мысли, но знал, что они безрадостны и темны.

— Макейди, мне очень жаль, что я принес тебе такие вести, но сегодня Эд Браун сбежал из-под надзора полиции.

 — Он заметил, что машинально вошел в роль вестника смерти, приняв мягкий, успокаивающий, лишенный эмоций тон, которым хорошо овладел за годы службы. Только факты. Придерживаться голых фактов."

"— В настоящее время его местонахождение нам неизвестно. Мой напарник Джимми Кассиматис в тяжелом состоянии… — Тут его голос изменил ему. — Другие полицейские, оказавшиеся рядом, ранены, некоторые тяжело. Эду удалось… применить какое-то взрывчатое вещество…

Мак не отвечала, но ее глаза наполнились слезами, когда он сказал про Джимми.

Мак даже не обращала на них внимания. Слеза скатилась по реснице вниз, к уголку губ. Энди захотелось осушить ее поцелуем. Мучительное осознание того, что он не может этого сделать, весть о Джимми и его собственная беспомощность в сложившейся ситуации едва не исторгла слезы у него самого. Энди моргнул, борясь с наплывом чувств, и призвал на помощь всю свою выдержку.

— Сегодня утром Эд должен был привести бригаду полицейских к трупу одной из своих жертв, — продолжал Энди.

 — Он выторговал это в обмен на признание. Вчера они тоже ездили на поиски, все прошло без инцидентов. — Он помолчал. Следующие слова дались с трудом. — Меня не было рядом, когда это случилось. Меня не допустили к Эду, оставили в стороне. Теперь Джимми в больнице вместо меня.

Он не должен был этого говорить. Это же не совсем правда, так ведь? Если бы на операцию поехал Энди, Джимми тоже был бы с ним и подвергался точно такой же опасности.

Но, черт возьми, Энди мог бы сделать хоть что-нибудь. Я должен был быть с ними. Почему меня там не было? Как я мог допустить такое?

— О, бедный Джимми. Мне очень жаль, — тихо пробормотала Мак. — С ним все будет хорошо?

— Пока неизвестно.

Энди не знал, что еще сказать. Он оперся подбородком на руки и, наморщив лоб, погрузился в раздумья.

— Так переговоры действительно состоялись? Отец мне что-то говорил об этом, но я не поверила.