Акция прикрытия

— …к десяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительно-трудовой колонии усиленного…

Никто, в том числе и солдаты конвоя, не заметил, как мальчик вынул из перевязи на шее загипсованную руку и развернул ее в сторону подсудимого. От закрытого бинтом среза гипсовой трубы до Пашаева было не больше двух метров. Предварительно взведенный курок облегчил усилие спуска.

Пашаева отбросило назад, он ударился о стену и медленно сползал вниз, к отполированной задами многих сотен подсудимых позорной скамье.

Конвоиры медленно поворачивались, явно не понимая, что происходит.

Бах!

Вытянутая, как обличающий перст, сломанная рука мальчика со сжатыми в кинжальное лезвие губами указывала на убийцу его отца. Бинт на конце культи горел, остро пахло порохом. Медленно поворачивались на неожиданные звуки головы присутствующих в зале людей.

Бах!

Здоровенный сержант понял, откуда раздаются выстрелы, и медленно двинулся к Магомету. Дядя Иса на репетициях действовал гораздо быстрее.

Бах!

Сержант надвигался, огромные кулаки вытягивались вперед, но Магомет не отвлекался на посторонние вещи.

Бах!

Некоторые пули не попадали в цель, вонзаясь в стену и брызгая крошками штукатурки, другие пронзали человеческое тело, и Магомет чувствовал, как они проходят сквозь трепещущую плоть, разрывая ткани, сосуды, ломая кости.

Бах!

Уже все присутствующие поняли, что стреляет маленький мститель, и сержант был совсем близко, и рядовой с перекошенным лицом выдвигался откуда-то сбоку, отведенное Магомету время истекало, но он знал, что выполнил свою обязанность, — как положено мужчине.

Щелк…

Он успел нажать спуск восемь раз, на тренировках это ему никогда не удавалось. Приговоренный к десяти годам колонии Энвер Пашаев четырьмя пулями был убит наповал. Правосудие свершилось.

Замедленность движений окружающего мира прошла, сержант сбил Магомета с ног, сорвал гипсовую маскировку, вырвал револьвер. Рядовой схватил его в охапку и перебросил за железный барьер, ограждающий скамью подсудимых, мальчик больно ударился и опустился на пол, рядом с истекающим кровью телом осужденного.

— Очистить зал! — надрывно кричал прокурор. — Очистить зал!

Когда приехала милиция и Магомета вели сквозь толпу к желто-синей машине, он встретил ободряющий взгляд дяди Исы. «Не бойся, все будет в порядке», — как бы говорил он.

Так и оказалось.