Акула

Хотя, может, ты и прав по поводу водки? День, начавшийся с большого облома, не может завершиться успехом…

* * *"

"После того, как они расстались, Акулов спустился на первый этаж, где размещался штаб РУВД, и в течение часа просматривал старые сводки о происшествиях, а также обзоры возбужденных и прекращенных уголовных дел. Он искал все, что могло, прямо или косвенно, иметь отношение к убийствам на пустыре, обращал внимание на заявления о квартирных мошенничествах, пытаясь углядеть в них «руку Сиволапова», внимательно читал информацию об уличных грабежах, выписывая те эпизоды, по которым проходил неизвестный преступник, по описанию похожий на покойного Городецкого.

Серьезных результатов от этой работы Акулов не ждал и, в целом, оказался прав, но совершенно неожиданно откопал две истории, в которых фигурировали тренеры Школы русского уличного боя. В сводках не раскрывались подробности, имелись только фабула преступления, краткие установочные данные фигурантов и служебная информация о движении уголовного дела, поэтому Акулов из штаба отправился в СО [10] РУВД.

Нужный следователь находился у себя в кабинете, не был занят и, что самое главное, был знаком с Акуловым еще до посадки, иначе откровенного разговора у них бы не получилось.

– Привет! Рад, что тебя выпустили. Оправдали?

– Да, пришлось заплатить. Я к тебе вот по какому вопросу…

Выслушав Андрея, следак погрустнел, чертыхнулся и достал из сейфа две средней толщины папки, документы в которых были тщательно подшиты и пронумерованы, что свидетельствовало о том, что активная работа по делам давно не ведется.

– Слушай, раз тебе интересно… Вот, значит, первый случай.

– Извини, а можно я сам полистаю? Просто я визуально информацию воспринимаю лучше, чем на слух.

Следователь пожал плечами и отдал уголовные дела, некоторое время исподволь наблюдал, как Акулов с ними знакомится, а потом занялся своими делами, предложив спрашивать в тех случаях, когда что-то будет не ясно.

Судя по его тону, вопросы непременно должны были возникнуть, и они действительно появились, когда Андрей перевернул последние страницы."

"Первая история случилась в ноябре девяносто девятого года и была квалифицирована как грабеж. Пятеро человек ворвались в квартиру, где находился 20-летний студент одного из городских вузов, избили и связали жертву, после чего вынесли ценную аппаратуру и наличные деньги, на общую сумму около десяти тысяч долларов.