Ахиллесова спина

Кто-то может сказать, что бросаться ножами пошло и некрасиво, а самое главное, не имеет смысла. Потому что попасть все равно нельзя. Ерунда, очень даже можно попробовать, если, конечно, умеешь.

А я умею. Научился еще в Афгане. Сломал, помнится, ногу и угодил в госпиталь. Наш БТР наехал на фугас, и меня как ветром сдуло с брони. Приземлился я, мягко говоря, жестковато.

В одной палате со мной оказался вполне себе нормальный парень, сержант-десантник. До того как загреметь в непобедимую и легендарную, он три года занимался в цирковом училище и даже подготовил собственный номер.

Вы догадались, какой именно? Правильно, парень метал в цель ножи и каждый раз обязательно попадал туда, куда хотел. Не только их, но и бритвы, осколки стекла и даже вилки. У нас в палате висел лист ДСП, утыканный всякой всячиной как ежик иголками. За полтора месяца этот умелец от скуки слегка меня поднатаскал по этой части.

После госпиталя я угодил в учебку, где осваивал и такое вот использование холодного оружия.

– Не стрелять! – выкрикнул я и тут же рванулся к Бульдожке.

Она откинулась на спинку дивана, красивая, молодая и капельку удивленная.

– Закрой дверь! – не оборачиваясь, скомандовал я.

– Уже, – донеслось в ответ.

Я подхватил девушку на руки и поволок в ванную. Не хватало еще, чтобы она тут все измазала кровью. Через минуту я вернулся и обнаружил своего спасителя сидящим в кресле.

– Пьер, если не ошибаюсь?

– Совершенно верно, – отозвался он. – От какой-то донны Розы.

– Спасибо, друг.

– Обошлось. – Пьер усмехнулся и ткнул пальцем за спину. – А вот его наповал!..

Так оно и было. Пуля, выпущенная Бульдожкой, угодила прямо в лоб оленю с картины, висящей на стене.

– Не повезло ему. – Я присел на диван, благо место освободилось. – Кстати, где твоя шляпа, Пьер?

– Валяется в урне. – Парень закурил, и я заметил, что руки у него совсем не дрожат. – Этот фасон только что вышел из моды.