Ахиллесова спина

– Но вы же могли прийти не один.

– Мне запретили задействовать людей из общины в силовой части операции. Так что наши противники учли почти все.

– Кроме той самой непредсказуемой глупости. Кто же мог подумать, что мы с вами споемся и начнем работать сообща.

Пример напарника меня вдохновил. Я достал флягу и принялся жадно пить.

– Верно. – Гуйлинь прислонился спиной к толстенному стволу и вытянул ноги.

– Если так, то почему бы нам не преподнести заморским дьяволам сюрприз? Навалимся с двух сторон одновременно, глядишь, и получится.

– У меня несколько другое мнение по этому поводу. – Китаец улыбнулся. – Предлагаю ответить на хитрость противника еще большей хитростью.

– Объясните.

– Я войду в дом. Когда меня начнут пеленать, постараюсь убить одного или двоих.

– А если вас тоже убьют?

– Сомневаюсь… нет, даже уверен в том, что этого не произойдет.

– Хотите сказать, что цель их операции – вы?

– У них две цели: вернуть своего беглеца, заодно прихватить меня.

– Решили совместить, чтобы два раза не приезжать?

– Это тоже шутка?

– Тоже.

– Удачная. Сами придумали?

– Где уж мне, – честно сознался я. – А откуда вам стало об этом известно?

– Видите ли, прошлой осенью к американцам перебежал один из наших, а в начале этого года в Макао на меня вышел человек с предложением.

– Перейти?..

– Совершенно верно. Вам, кстати, что-нибудь подобное предлагали?

– Это было давно."

"В самом начале девяностых, когда все рухнуло и покатилось в тартарары, один удачно переметнувшийся полковничек ГРУ и в самом деле настоятельно приглашал меня составить ему компанию и украсить собственной персоной службу национальной разведки Турции.

Ответил я, помнится, отрицательно, но в морду этому красавцу не заехал, нельзя было. Так и остался нищенствовать в родной конторе тем же юзбаши, только российского ро́злива, и, что самое интересное, без малейшего намека на соцпакет.

– Что было дальше? – спросил я.

– Я выслушал его и даже слегка удивился.

– Чему?

– Сумму премиальных мне предлагалось озвучить самому.

– Ух ты! – восхитился я.