Академия контролируемой магии

По ощущениям назад, потому что вдруг стало темно, серо и очень страшно. Сразу забылись боль, царапины и ушибы, оставляя сбитое дыхание, панику и абсолютную тишину.

В сплошном темно-сером тумане не было ни низа, ни верха, ни стен, ни окон. Не было ничего, кроме безмолвия, которое давило на уши, и ощущения пристального взгляда.

Я резко обернулась, но за мной никого не было.

– Кто здесь?

Ещё бы знать, где это – здесь.

– Я.

Дыхание у уха, когти на талии, издевательский тон.

И волна чистой силы, разом ополовинившая мой резерв, которая в этом нечто обратилась слабеньким пульсаром.

Рот раскрылся в беззвучном крике, а сердце захлебнулось ужасом и перестало биться. И даже хорошо, что существо взяло меня за горло, приподнимая над полом – иначе валяться мне в глубоком и беспросветном обмороке. Крепко обхватив шею, оно позволяло мне дышать, но я всё равно чувствовала острые когти на коже. И обжигающе-горячие капли, стекающие по шее, тоже чувствовала.

– Кто… вы?"

"Каждое слово – ледяной иглой ужаса под рёбра. Неконтролируемого, необъяснимого, невыносимого ужаса, который струился липким потом по спине и желанием умереть, но не смотреть больше в белесые, без зрачков глаза существа. Самого страшного из всех, что существовали в этом мире.

Длинные, тускло мерцающие волосы. Чёрные веки, которые на фоне бледной, как у мертвецов, кожи выглядели особенно жутко. За спиной существа развивался плащ из такой непроглядной тьмы, что он ярко выделялся даже в окружающем сером мареве.

Оно вдруг усмехнулось и коснулось моей щеки длинным тёмным когтем.

– Угадай.

Я едва дышала, какие тут догадки…

Но взгляд то и дело выхватывал детали, которые складывались в страшное понимание. И призрачная корона над головой существа только подтверждала домыслы.

– Ваше…

– Не трудись, – усмехнулся единственный некромант этого мира и начал говорить.

Слова чужого мира проникали в голову помимо воли, а взгляд императора захватывал все уголки сознания так, что я не видела ничего, кроме его глаз.

И вдруг страх уходит. А вместе с ним уходит паника, дрожь и боль. И я вспоминаю, что где-то там остался Ориан, один на растерзание сильных боевых магов.