Академия контролируемой магии

– У тебя есть ещё недоброжелатели?

– Я и с вами враждовать не планировала, – отозвалась ехидно.

– Вы свободны, – кивнул советник бурго-бергу и жестом предложил мне присесть в стоящее перед письменным столом кресло.

– Но, ваше величество…

– Вон. – Тон светской беседы не изменился, но холодный взгляд советника полыхнул яростью. – Может быть, кофе? – снова любезно обратился он ко мне.

Хлопнула дверь.

– Обойдусь. – Сделав два шага, я элегантно присела в удобное кресло с высокой спинкой и сложила руки на коленях.

Прищурилась.

– Расскажете, почему хотели меня убить?

– Убить? – насмешливым эхом отозвался Эвилонберг. Глупость, но сейчас, перестав строить из себя непонятно кого, он стал гораздо привлекательнее, хотя и опаснее тоже гораздо. – Милая моя, изначально никто не пытался тебя убить.

Изначально. Прелесть просто.

– Похитить – да, но убить… – Советник окинул меня оценивающим, чисто мужским взглядом от сбившейся причёски и до носков ботинок. – Я был уверен, что мы договоримся. Мне всего-то и нужно было, чтобы ты помогла достать оскант после того, как я уничтожу Лориана. Благодаря Присли я узнал о твоих способностях обходить заклинания, а, благодаря твоему неумению контролировать дар, в первую нашу встречу понял, на что ты способна.

– Но как?

– Всего лишь опознающий артефакт, который я для начала проверил на кварце из императорской сокровищницы, а потом и на тебя.

– Зачем тогда весь фарс с помолвкой?

– Почему же фарс. – Эвилонберг сел в кресло напротив, откинулся на спинку и закинул ногу на ногу. – Мне не сложно было жениться на тебе, милая Аурелия, и сделать империю счастливее ровно на одну обиженную сироту.

Гнев внутри вспыхнул жарким пламенем. Это я-то обиженная? Да я ему… интересно, а советник знает про стихийный дар? Вспышка озарения перекрыла ярость.

– А потом?

– Потом ты бы уехала куда захотела, – он показательно задумался, – скажем, на лечение. Распоряжалась моими деньгами, жила в своё удовольствие, а я бы разом избавился от всех девиц на выданье.

– И всегда держали бы меня под рукой, – усмехнулась я. – А в случае неповиновения быстро стали бы вдовцом.