Академия для строптивой

Я смотрела за нарастающей эйфорией и сумасшествием отстраненно и старалась не попадаться на глаза папе, который был недоволен и мрачен.

Меня вообще сейчас волновали гораздо больше Труселя и отношения с Демионом. После того как поцеловал меня на прощанье в нос у двери в комнату, он исчез на несколько дней, в течение которых я не могла найти себе места. Даже медитация у профессора-лича мне не давалась. Я дергалась и все больше злилась. Зато сам профессор перестал вызывать оторопь. Я пригляделась к его горящим глазницам, обтянутому кожей черепу и патлам, которые он соизволил заплести в куцую седую косичку.

Подмывало спросить папу, куда делась моя нянька, но я так и не рискнула. Он был очень недоволен тем, что шушель все еще носится по академии, а о его безобразиях с каждым днем узнает все больше людей.

На бедного демоненка объявили настоящую охоту: его пытались поймать в саду, в библиотеке и столовой – но пока тваренышу удавалось ускользнуть. А в академии появился тайный тотализатор. Каждый желающий мог сделать ставку на то, когда и кто поймает зловредного выходца из тонкого мира. Основная интрига заключалась в том, что ни одна живая душа не знала, кто являлся организатором тотализатора. Просто однажды на стене рядом с расписанием появилось магическое полотно с предложением делать ставки.

Ставки делались тут же. Прикладываешь деньги к табло, они исчезают, и приходит информация, что взнос засчитан. Убрать безобразие со стены не смог даже папа. Говорили, что он просил посодействовать лича, но профессор лишь пожал костлявыми плечами, сказал, что, пока это не мешает лично его учебному процессу, он проблемы не видит, и посоветовал ректору сделать ставку. Раз уж у него не хватает на ремонт министерских денег.

Демион появился к концу третьего дня вечером на медитации, спокойный, уверенный и, кажется, чем-то очень довольный. Я хотела на него пообижаться и после занятий, фыркнув, попыталась уйти, но он нагнал и весело поинтересовался, как у меня дела. Между прочим, рассказал, что ездил по поручению папы в столицу, но сейчас вернулся и жаждет поучаствовать в поимке шушеля.