Агрессор

Я хотела понять. – Почему ты изменял?

Проведя руками по своим темным волосам, Лиам откинулся назад, снова привалившись к кузову моей машины.

– Потому что мог. Потому что погрузился в тот образ жизни, который ведут участники Петли. Там всегда полно девушек, и это ударило мне в голову. Кейси редко ездила со мной, и даже тогда ей было неинтересно.

Голова раскалывалась от одних попыток придумать, что ему сказать. Сейчас у меня не было на это сил.

– Лиам, мне пора домой. Я передам Кейси, что ты хочешь с ней поговорить, но не могу принять твою сторону в данной ситуации.

Если заслужишь, она тебя простит.

Лично я сомневалась, что на ее месте смогла бы его простить.

– Извини. Я не хотел втягивать тебя в наши разборки.

– Еще как хотел, – неохотно отшутилась я. В глубине души мне не верилось, что Лиам такой уж плохой парень. Но он совершил ошибку, и я не уверена, если его простить, оправдан ли будет риск. К счастью, не мне принимать такое решение.

– Да, знаю. Прости. Ты – моя последняя надежда. Удачи тебе, и… если на то пошло, мне действительно жаль, что я устроил этот бардак.

 – Лиам отошел в сторону и направился к своей «Камаро».

Устало вздохнув, я залезла в джип, намереваясь поскорее уехать, пока мой день не превратился из мыльной оперы в «Унесенных ветром».

Глава 16

– Ау!.. Бабуля, как дела? Что готовишь? – выкрикнула я, открыв входную дверь. Мое тело взывало к кровати, но ради бабушки я решила натянуть на лицо счастливую маску. Я по ней скучала.

К тому же из эгоистических соображений мне было необходимо получить от нее напоминание о том, что я – хороший человек.

После того как сегодня я наговорила Джареду столько гадостей, мне даже смотреть на себя в зеркало не хотелось.

Появление бабушки ощущалось уже с порога. Богатый аромат мясной подливки заполнил ноздри, окутал меня, словно теплое одеяло, еще до того, как за мной захлопнулась дверь.

– Привет, Персик! – Бабушка вышла из кухни в прихожую, подошла ко мне и обняла.

За год моего отсутствия я так соскучилась по ее объятиям и запаху.

Лак для волос, смешанный с лосьоном и духами, которыми она постоянно пользовалась, а также запах ее кожаных ремешков и обуви, создавали аромат, который ассоциировался у меня с домом. После смерти мамы я в ней очень нуждалась.

– О, я и забыла, что я – Персик. Папа до сих пор зовет меня Тыковкой. Что у вас, Брандтов, за привычка такая, придумывать мне «фруктовые» прозвища, – поддразнила я бабушку, хотя знала – они делали это любя.

– Ох, ладно уж.