Агрессор

Все, что мне удавалось, это удерживать передние колеса прямо и держать ногу прижатой к полу.

Задняя часть нашей машины двигалась, как рыбий хвост, а я крутил баранку, словно лунатик.

— Он отступает, Ник! Он отступает! Ты молодчина, дружище. Просто держи эти чертовы колеса прямо.

Мы подъезжали к границе русского лагеря.

Я посмотрел в боковое зеркало. Чарли был прав, он действительно отступал. Кто бы это ни был, он отказался от задуманного. Чарли еще раз проверил заднюю часть дороги, а потом сел и расслабился на своем месте.

Флаг Российской Федерации развевался в свете прожекторов над главными воротами лагеря. Четверо охранников стояли на своем сторожевом посту, и они уже готовились встретить нас традиционным русским приветствием. Они были в камуфляже и шлемах, пистолеты висели у них через грудь. Они смотрели на нас с определенной долей замешательства, когда мы весело помахали им рукой.

— Может, нам стоит остановиться? — смеясь, спросил Чарли.

— Можешь оставить ее им в своем завещании, ты, старый дурак. — Огни обоих лагерей исчезли в темноте, и мы спустились в долину. — Чем быстрее я тебя доставлю домой, тем будет лучше.

Глава четвертая

Понедельник, 2 мая

Ряд такси возле терминала почти не сдвинулся за тот час, что прошел после рассвета. Когда один автомобиль все-таки выехал из ряда, водители других такси даже не стали заводить моторы и перемещаться поближе.

Я оставил машину у входа в терминал с другой стороны дороги. Я был за тремя садовыми сараями, сидел на бетоне среди переполненных мусорных баков и четырех заброшенных автобусов на небольшой автостоянке с множеством выбоин. Я хорошо слился с окружающей обстановкой: на мне была черная шерстяная шапка, которую я нашел в багажнике «лады», от которой исходил такой запах, будто ее несколько дней носила грязная ищейка. Ее длинные боковые части прикрывали часть моего лица.

Бело-голубые «пассаты» проезжали мимо каждые несколько минут, а одна прямо сейчас стояла у киоска. Два копа, сидевшие в ней, попивали кофе и курили.

Мы с Чарли пришли прямо к логову зверя, но у нас не было никакого другого выхода. Единственный наш шанс достать кассеты и бумаги — это попасть в дежурную машину. Было лишь два места, в которых она наверняка останавливалась во время полетов — лагерь и аэропорт.