Аглая Арис. Сердце полемарха 2

Помещение было погружено в полумрак - ставни никто не открывал и лекарю это не понравилось.

Распахнул деревянные створки, с удовольствием ощущая, как свежий ветерок ворвался внутрь.

- Вот, так оно правильно будет, - тихо проговорил он и обернулся к лежащему на широком топчане мужчине. Алкей выглядел безмятежно спящим. Мощное тело вызывало нешуточное уважение к сокрытой в нём силе.

- Как же так, как же так, - пробормотал Иринеос и подошёл к герою греческих легенд и не только. Откинув тонкий плед, положил ладони на грудь спящего Геракла.

Пустить магию, пробежаться внутренним взором по всем органам, проверить нет ли сбоев.

- Всё хорошо, - выдохнул целитель, убирая руки, - господин Геракл, - вдруг заговорил он вновь, глядя в лицо спящего мужчины, - если вы меня слышите, или может слышит тот, кто на вашей стороне, помогите мне и Аглае. Помогите нам пройти сей путь и остаться в живых. Аглая - сокровище, подаренное этому миру, и мы не вправе его потерять.

Двое всадников покинули Спарту поздним вечером.

Мужчина в длинном сером плаще с капюшоном, надвинутым на глаза, чтобы защититься от палящего солнца и ещё один в тёмно-коричневом. У каждого было по одной заводной лошади.

Им предстояло догнать Аглаю и её спутников. Гиатрос Иринеос не мог оставить свою ученицу без помощи. Ведь саму себя, если вдруг что случится, она вылечить не сможет.

- Асэ, перерыв, - устало приказал лекарь и натянул поводья. - Быстро приготовь нам перекусить. Коней напоить, вон там должен протекать ручей, - махнул в сторону жидкого лесочка, - коли мне память не изменяет.

Они остановились у обочины дороги, целитель, с трудом слез с коня и, кинув небольшой коврик прямо в придорожную траву, с удовольствием на него уселся, вытянув гудящие после долгой и быстрой скачки ноги.

- Мазь не забудь! И найди палку подлиннее, да покрепче! - крикнул он Асэ, сам принялся медленно растирать ноющие мышцы. Как давно он не был в седле, тело и забыло, каково это скакать непрерывно несколько часов подряд.

Наспех перекусили, Асэ натёр лекарю поясницу целебной мазью, Иринеос практически мгновенно почувствовал облегчение, и, сменив коней, они помчались дальше.

Ночь застала их в дороге, более старый лекарь не позволял себе перерывов, пил воду прямо из кожаного бурдюка, только коней сменили ещё раз и снова бешеная скачка.