Агент сигма-класса. Больше, чем телохранительница

Аристократичное лицо с тонким прямым носом, густые тёмные брови, раскосые глаза с чётко прорисованными стрелками, идеально ровная кожа – по-видимому, искусно наложенный макияж, явно заколотый ботоксом лоб и чересчур пухлые губы. Цваргиня определённо принадлежала к тому типу женщин, которые некогда были очень красивыми даже по человеческим меркам, но сейчас отчаянно молодились, стараясь заморозить собственную внешность всевозможными миттарскими процедурами. После того, как Мишель увидела сына, её голос стал заметно спокойнее.

– Ты так расписал всё по коммуникатору, что я уже подумала, будто с Лером случилось что-то непоправимое. Спит себе и спит. Подумаешь, врезался в ограждение, ведь не разбился. Дарр, разве стоило разводить панику на пустом месте? Ну вот, а я из-за твоего звонка уже гастроли в систему Ориона отменила! – Она всплеснула руками, выражая искреннее сожаление сему факту.

– Ты только о своих гастролях и думаешь, – резко произнёс адмирал Нуаре. – Лучше бы за сыном присматривала вовремя, чтобы он не участвовал в запрещённых гонках.

– Уж кто бы говорил! – в ответ набросилась на адмирала цваргиня. – Хочешь смотреть за сыном – вперёд! Только меня в это не втягивай, пожалуйста. Своих дел по горло.

– Я пытался с ним поговорить, но он меня не слушает…

– Можно подумать, меня он слушает, – фыркнула Мишель и стала копаться в сумочке в поисках зеркальца. Наконец зеркальце было найдено, и женщина принялась подправлять и без того безупречный макияж, что-то бубня про то, в каком виде её могут увидеть фанаты.

– Мишель…"

"– Вот даже не надо снова начинать этот разговор! Что, Мишель? У нас был договор – я рожаю тебе сына. Я родила? Родила. Всё, больше ко мне никаких претензий. Вообще, скажи спасибо, что выбрала именно тебя, а не кого-то ещё. Планетарная медицинская лаборатория мне прислала с полсотни заявок, с кем у меня была высокая совместимость на появление детей.

– Спасибо, – искренне произнёс адмирал.

В этот момент коммуникатор на запястье цваргини завибрировал, и она коснулась уха, чтобы никто не услышал гуманоида на том конце «провода».

– Да, Николя? – Женский голос из раздражённого тут же превратился в медово-сахарный. – Конечно, вовремя! Какая ерунда, у меня всегда есть минутка, чтобы обсудить выступление! Дай секундочку, сейчас выйду из помещения, чтобы спокойно поговорить.