Афера в каменных джунглях

Абеляр расставил возле каждого матраса пепельницы и занялся перемещением моей подстилки к цветку, тогда как шаман начал производить какие-то странные действия. Он громко напевал что-то на своем странном языке, потом раскурил деревянную длинную трубку и выпустил густой дым. Я сделала вид, что пытаюсь найти место, где не надышусь табаком, дабы не нарушать свою легенду. Не знаю, что за табак курил шаман, но запах был сильным и специфическим, совсем не похожим на запах от обычной сигареты.

Когда Киреро завершил приготовления к церемонии и устроился на матрасе возле чана, каждый участник стал подходить к шаману за своей порцией жуткого напитка, и Киреро, при помощи Шарлотты, о чем-то тихо разговаривал с ним. Получив свой стаканчик, участник церемонии возвращался к своему месту и устраивался на матрас.

Наконец подошла моя очередь.

"Взгляд темных, почти черных глаз индейца быстро пробежался по моему лицу, не всматриваясь в него, и Киреро что-то тихо произнес на неведомом мне наречии. Я, напротив, пыталась разглядеть детали лица индейца, не скрытые побрякушками и бусами. Увы, на Киреро было слишком много всего навешано и надето, поэтому составить описание портрета шамана не представлялось возможным.

– Киреро спрашивает вас, как вы себя чувствуете?

Я задумалась. За исключением того, что все мои мысли заняты тем, как бы избавиться от своей дозы зелья, чувствую я себя вполне неплохо. Вслух я произнесла следующее:

– Отлично чувствую.

Шарлотта перевела, а потом задала следующий вопрос:

– Киреро хочет узнать, сколько у вас уже было церемоний?

– Ни одной, – сказала я честно. – Это первая.

Переводчица передала мой ответ индейцу, после чего снова обратилась ко мне:

– Готовились ли вы к церемонии? Соблюдали ли вы все правила? И как глубоко вы хотите погрузиться, с чем поработать?

Я пожала плечами и кивнула, словно объясняю простые истины маленькому ребенку:

– Конечно, я готовилась.