Афганский рубеж (СИ)

— Товарищ Клюковкин, а вы к нам заходите. Мы вертолётчиков уважаем. Вы теперь с нами будете постоянно работать, — сказал мне Мохнатый.

— Постараюсь, — ответил я, ещё раз посмотрел на засмущавшуюся девушку и вышел в коридор.

Тут уже навстречу мне бежал Батыров. Потерял меня командир звена.

— Саня, меня чуть Енотаев не разорвал. Ты где был?

— Да в строевой заходил. Ты ж командировочные так и не отдал. А надо печати поставить…

— Задолбал, Клюковкин. Вечно ты дурачишься! Пошли, там уже ждут нас.

Прошли до конца коридора и постучались в дверь с табличкой «Командир дивизии».

— Заходите, — разрешили нам войти.

В просторном кабинете присутствовало несколько человек. Енотаев сидел за столом для совещания, а рядом с ним в полевой форме сидел крупного телосложения полковник. Взгляд суровый, и кулаки такого размера, что могут и с моей головой сравниться.

— Вот и они, Валерий Иванович, — показал на нас Енотаев.

Полковник встал, поправил форму и подошёл к нам. Я считал, что рост у меня средний. Но в сравнении с этим офицером, чувствую себя хоббитом.

— Кувалдин. Комдив. Молодцы, мужики, — протянул он мне руку и крепко пожал её.

Когда он сжимал мне ладонь, ощущение, что она размером со сковородку.

— А теперь покажите, где были духи, подозвал он нас к карте.

Батыров кивнул мне, чтобы я указал полковнику место.

— Вот. Гора Качу. Место очень характерное — площадка хорошая, выступ каменистый. С него и забрали лётчика МиГ-21.

— Угу. Всё. Или что-то ещё? — поинтересовался комдив.

— Само собой. Тут тропа по ущелью. Снизу пошли душманы. Количество заметить не успели, но они явно работали с той группой, которая нас обстреляла первой…

— Которую истребители расстреляли, — добавил за меня Енотаев.

— Угу. Понятно. Всё? — продолжал односложно говорить Кувалдин.

Я посмотрел на Енотаева и не встретил запрещающего взгляда. Значит, один вопрос задать можно.

— Товарищ полковник, у нашего экипажа есть соображения, как нам улучшить качество поисково-спасательного обеспечения.

Лоб у Кувалдина свернулся гармошкой. Он медленно поднял ладонь и почесал слегка небритую щёку.

— Ефим Петрович сказал уже. Я принял. Ещё? — спросил комдив.

Не успел я ответить, как дверь в кабинет открылась, и с улыбкой вошёл ещё один полковник. В повседневной форме, голубые просветы на погонах, а штаны заправлены в сапоги.

— Ага! А я их жду! Мне с вами нужно поговорить, — быстрым шагом вошёл полковник, расстегнул китель и сел в мягкое кресло.

— Я пойду. Дела.