Афганский рубеж (СИ)

Вы где относительно него?

— Да лупи по дыму! Быстрее только! — кричит в эфир Днепр.

Похоже, парню уже всё равно. Духи его обнаружили и пошли за ним по склонам. С авианаводчиком максимум отделение, так что долго они не продержатся.

— Саня, НАРами не получится. Слишком близко, — сказал Димон.

— Нормально. Занимай 1200. Выполняем расхождение. Мы влево, ведомый вправо. Интервал 20 секунд. Выходишь на боевой и по моей команде пикируем. Угол тангажа 20. Ведомый по нашим разрывам работает. Понял?

Батыров передал параметры выхода на цель 205му, который начал отставать от нас.

Интервал в паре нужен, чтобы друг друга прикрывали. Атака с разных направлений даёт возможность снизить опасность от пулемётов.

— 281й, вас наблюдаю. Работаю по вашим разрывам, — сказал в эфир ведущий второй пары.

— Понял вас. 205й и… начали! — сказал Батыров и отвернул влево.

Сделал это весьма резко. Я чуть с кресла не выпал, а Карим и вовсе головой приложился к боковой стенке.

Подсказываю Батырову, чтобы установил серию на 4 ракеты.

Склоны уже перед нами. По тропам поднимаются духи, а по ним сверху стреляют наши бойцы. Видны редкие разрывы от гранат. До цели остаётся 2 километра.

— Рубеж начала пикирования, — доложил я Батырову, но тот снова «тормозит». — Командир, рубеж!

Как у него так получается — стопориться в самый неподходящий момент?!

— Близко подошли. Надо выводить, — ворчит Димон.

— А будет ещё ближе, если ты мять будешь одно место. Ручку от себя и… пошёл!

Начал вместе с Батыров пикировать.

Нос вертолёта наклоняем всё ниже.

Скорость тут же начала расти. Слегка поворачиваю вертолёт, чтобы стрельнуть по скоплению духов. Целится вот так «на глазок», да ещё когда пот скатывается в глаза совсем непросто.

— Пуск! Пуск! — сказал я по внутренней связи.

Нажать на кнопку может только командир. У меня пуск НАРов не запитан на ручку управления.

— Пуск! Ухожу влево! — доложил Батыров

Вертолёт болтнуло. Ракеты пошли. В паре сотнях метрах внизу разрушенные строения, с которых по нам уже стреляют из автоматов.

Отстреливаем ловушки, а следом уже заходит вторая пара.

— Вот туда! Давайте! Хорошо идёт! — радостно кричит в эфир Днепр.

Делаем повторный заход, и уже Димон сам прицеливается и пускает ракеты. Приноровился командир быть боевым лётчиком, а то сомневался в себе.

Делаем ещё один залп. Склон горы погружается в дым и пылевую завесу. Единственный ориентир — оранжевые дымы авианаводчика.

— Ещё можно. Точно ложатся! — радовался Днепр.