Афганский рубеж 3

— Я не могу быть в долгу у шурави. Потому и попросил привезти с собой на обмен этого человека, — сказал Масуд и указал на меня.

Не думал, что Ахмад Шах знал, что я вообще существую. А тут, выходит, он ждал именно меня.

— Для меня печально не иметь друзей, а не иметь врагов ещё грустнее, — улыбнулся он.

Цитата Эрнесто Че Гевары. Очень хороший ход!

— Тогда приготовьтесь потерять всё, если хотите добиться большего, — ответил я.

Масуд изменился в лице. Не ожидал он, что кто-то кроме него может цитировать или интерпретировать слова знаменитого команданте Че.

Выходит, меня не просто для опознавания взяли с собой.

Ко мне ближе подошёл Масуд и обратился с речью. Виталик быстро переводил.

— Аккобир Мухаммад видел тебя и твоего соратника, когда вы прятались за дувалом и отстреливались. Ты бы мог выпрыгнуть из вертолёта, но рискнул жизнью, чтобы горящий «шайтан-арба» не упал на дома моих родственников и дом, где были дети Аккобира. Почему ты так поступил? Они в будущем возьмут в руки оружие и будут стрелять в шурави.

Шайтан-арба, так духи называли Ми-24. Видимо, Масуд вспомнил о вынужденной посадке в кишлаке, когда мы чуть не сгорели с Кешей. Похоже, в наступающей в тот день толпе духов был этот Аккобир.

— Я не воюю с женщинами, стариками и детьми, а только с солдатами. Ни один советский лётчик бы не выпрыгнул, зная что это приведёт к гибели мирных людей.

Ахмад Шах кивнул и продолжил.

— У нас ценят силу, честь и достоинство.

Глава 23

Лопасти вертолёта тихо покачивались от лёгкого ветра. Вечернее солнце уже скрывалось за горизонтом. По стоянке рулил на полосу Ан-12. Только что в него загрузили очередных погибших и теперь отправляют прямиком в Союз. А ведь ещё полчаса назад на нём прибыло пополнение.

— Вот так всю войну, — расстроено выдохнул мой бортач Валера Носов, докурив сигарету.

Он затушил окурок, встал со скамейки и пошёл к вертолёту, продолжать работу.

Я сидел в беседке в ожидании вылета на задачу, настроиться на предстоящий полёт никак не получалось.

После встречи с Масудом и вызволения из плена Васюлевича с Баевым прошло несколько дней.

В коллективе стараемся не обсуждать, в каком состоянии привезли в Баграм Ваню и Кузьму Ивановича.

Ваня лишился руки и возможности вернуться на лётную работу. Помимо этого, перелом рёбер и ещё несколько сильных увечий.