Адвокат империи

Нельзя поймать на лжи того, кто не просто врёт тебе в лицо, но истинно верит в то, что говорит правду.

И всё-таки что-то не давало мне покоя. Что-то не сходилось. Я прокручивал диалог всю поездку до своей следующей цели, думая над каждым словом. Думал, думал, думал… но так ни к чему не пришёл даже тогда, когда машина остановилась перед домом в одном из хороших жилых кварталов на краю столицы.

Именно здесь жила служанка, которая и сообщила следователям, что видела, как Изабелла направилась с вином в кабинет мужа.

Я созвонился с ней заранее, так что она знала о моём визите и ждала меня. Звали девушку Юлией. Двадцать три года. У почившего барона Димитрова она работала три года.

Разговор у нас не задался ещё с того момента, как она встретила меня.

Едва только открылась дверь, как я сразу же ощутил её негативное отношение к себе. Резкие, рубленые фразы. Враждебность в голосе. Наш разговор протекал так, словно я её пытать собирался. Сдержанная агрессия содержалась чуть ли не в каждой реплике.

Мы сидели на креслах в просторной гостиной, когда постепенно, по мере нашего разговора, я понял, в чём была причина.

Решился спросить то, что само собой напрашивалось.

— Вы любили барона? Ведь так?

А вот тут да. Эти слова оказались для неё подобны удару по лицу.

— Вы понятия не имеете, что он был за человек, — процедила девушка сквозь зубы, явно сдерживая слёзы. — Он был прекрасным и добрым. Всегда заботился. Не только обо мне.

Обо всех своих слугах. Не его вина, что отец так его подставил и оставил столько долгов! Он всеми силами пытался исправить ситуацию и в то же время помогал мне и остальным.

— Он чем-то помог вам? — сразу же навострился я.

— Моя мама больна. Ан… его благородие помог ей получить лечение. Без него она умерла бы в позапрошлом году! Я только начала у него работать, а он просто взял и помог! Я даже не рассказывала ему…

Так, она сейчас расплачется. Я мысленно поздравил себя, а затем так же мысленно и обругал.

Так. Спокойно. Плевать, что она только что похоронила свои показания. Я протянул руку и взял её ладонь в свою.

— Я понимаю, что он был важен для вас, Юлия. Но должен спросить вас о той ночи, когда он умер…

— Когда она его убила, вы хотели сказать, — едва ли не истерично воскликнула девушка. — Я видела, как она наливала ему вино в бокал! Я хотела сделать это сама, но эта дрянь отослала меня прочь.