Адвокат империи

Нарезал себе простенький салат и умял всё, что было. После измывательств в зале, казалось, готов зажарить кабана на вертеле и сожрать его. Целиком.

Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда я жадно доедал остатки салата прямо из миски, в которую его и нарезал. Бросив взгляд на дисплей, нахмурился. Номер неизвестен. Но любопытство пересилило.

— Да?

— Александр Рахманов?

— Да. А это… кто?

— Майор Звягинцев. Вы оставляли заявку на получение материалов по делу барона Димитрова.

Всю усталость как рукой сняло.

— Да. Всё верно. Но я также хотел бы поговорить с офицером, который занимается этим делом.

— Не думаю, что с этим возникнут трудности. Приходите завтра. Мы передадим вам материалы. Заодно встретитесь с капитаном Гариным. Он ответит на все ваши вопросы касательно убийства.

Я хотел было уже обрадоваться, но выбранная Звягинцевым формулировка меня покоробила.

— Постойте, вы сказали, убийство?

— Да.

Глава 17

Вот и отдохнул…

Через пять минут после этого разговора со мной уже связался Лазарев. Примерно ожидая, что именно за этим последует, я был готов. Так что, когда он приказал мне срочно ехать в фирму, время я терять не стал. Наплевав на физическую усталость, быстро принял душ, переоделся и вызвал такси. Так поздно метро всё равно уже не работало, а добраться до работы стоило как можно скорее.

— Чего так долго? — первое, что я услышал, едва только вышел из лифта на шестьдесят седьмом этаже. Лазарев уже стоял в лифтовом холле и ждал меня.

— Я не в пяти минутах живу, тебе ли не знать. Почему её арестовали?

— Потому что у нас проблемы. Пойдём.

Ничего более не объясняя, Лазарев повёл меня в свой кабинет. Пока шли, я мысленно отметил, что сейчас это место выглядело иначе. Естественно, что время уже за полночь и здесь практически никого не было.

Впрочем, какое положение, такое и впечатление. Так что удивляться, наверное, не стоило.

— Ты говорил, что она невиновна, — как бы невзначай припомнил я ему наш разговор.

— Она невиновна, — резко произнёс Лазарев, открывая дверь своего кабинета. — Она не убивала своего мужа…

— Тогда почему её арестовали? Улики косвенные. Я же видел документы по делу.