Абхазский миротворец

— Скажешь, — спокойно ответил Скат.

И по интонации, по выражению его лица стало ясно — действительно скажет.

— Первый вопрос. Света жива? Смотри, Бадра, если сейчас не то скажешь, я ведь не сразу тебе следующий вопрос задам. Нет, не сразу. Ты меня еще просить будешь, чтобы я его задал поскорее. — Самым страшным Андрею показалось то, что командир говорил это совершенно спокойно. И как раз это убеждало — так все и будет. Именно так.

Видимо, Бадра тоже это почувствовал.

— Жива, — тихо выговорил он.

— Где она?

— Не здесь.

— А где?

— У американцев две группы. Ее забрала вторая.

— У второй группы он главный? — Скат вытащил из кармана фотографию Хармфорда и сунул ее абхазу под нос.

— Да…

— Он тебя вербовал или этот? — Скат кивнул на тело «Джона Смита».

— Он.

— Где он сейчас?

— Не знаю…

— Гигла! — громко сказал Скат. — Он твой. У тебя одна минута. Но не убивать.

Барцыц подался вперед.

— Нет!!! — истошно заорал Бадра.

— Ну, выкладывай.

— Село Адзмах. Там на дальней от моря окраине двухэтажный дом. Не ошибешься, он там один такой. Вот в нем их база. Но я не уверен, что девушку туда…

— А об этом тебя никто не спрашивает. Сколько там может быть боевиков?

— Двое или трое. Их всего восемь было, но четверых вы уже… — он кивнул на трупы.

— Ясно. А теперь отвечай быстро, не думая. Как ты вышел на нас?

— Арнольд мне сказал…

— Кто?!

— Арнольд.

«Ясно, — подумал Андрей. — Это у Хармфорда прикрытие. Журналистские документы на это имя».

— Понятно, — кивнул Скат. — Так что он тебе сказал?

— Что скоро на меня выйдет Гигла и попросит помощи. Что я должен помощь обещать, но — доложить об этом Арнольду.

Скат поморщился, и Андрей понял почему. Похоже, американцам слишком многое известно. Что ж, так или иначе, а этот раунд они, несмотря на информированность, проиграли.

— А дальше?

— Я доложил. Арнольд приказал вам сказать про взрывчатку и в ловушку заманить.

— На самом деле взрывчатка в тоннеле была?

— Нет. Я ее только сегодня вечером должен был… — абхаз осекся, поняв, что сболтнул лишнее.

Скат улыбнулся — безрадостно, одними губами, в глазах ледяной пленкой застыла тоска.

— Сегодня должен был заложить? Понятно. А где она?

— Еще не привезли.

— Врешь, — спокойно сказал Скат. — Не умеешь врать, а врешь. Зря.