Абхазский миротворец

— Нет, ну надо же, — сказал Скат, поднимаясь с пола. — Прямо как в фильме. Вы, парни, талант в землю закапываете. Вам нужно сценарии писать. В самый драматический момент появились.

— Как ты? — спросил Гигла.

— Как видишь. Ножиком меня немного поковыряли. Как раз перед тем, как вы сюда ввалились, разговор зашел о том, чтобы глаз колоть или яйцо резать. Говорю же, в самый драматический момент.

Скат встряхнул головой, провел по лицу руками — и в следующую секунду на глазах Андрея выражение его лица изменилось, стало серьезным, собранным.

— Еще янки в доме есть?

— Нет, — отозвался Андрей. — Есть грузин, которого ты вырубил.

— А, этот. Ну, его еще минимум часа три можно не опасаться, я ему хорошо врезал. А второй грузин?

Гигла молча чиркнул себя большим пальцем по горлу.

— Молодцы, — кивнул Скат. — Сами целы? А то рожи у вас…

— Меня грузин ножом достал.

— Раз не критично, значит, потом посмотрим. Что со Светкой?

— Я думал, она с тобой, как и Левша.

— Левша со мной, он сейчас внизу, в подвале. А Светки со мной не было.

— С нами тоже."

"На скулах Ската заходили желваки, губы он сжал так, что они побелели.

— Так… Плохо, — сказал он это каким-то тусклым, бесцветным голосом. — Ладно. Где мы, знает кто-нибудь?

— В ближайшем от тоннеля селе, скорее всего, — сказал Андрей.

— А точно?

— Точно неизвестно.

— Известно… — тихо сказал Гигла.

— Что?

— Известно, говорю. Это то самое село. Я дом этот знаю. Это дом Бадры.

Сказать это ему явно было очень нелегко.

— Я так понимаю, это он нас предал? — спокойно спросил Скат.

— Больше некому, — сказал Сабуров.

Гигла промолчал, опустив голову. Что он мог сказать, и так все было ясно.

— Где вот только он сам? — ни к кому особо не обращаясь, сказал Андрей. Никто и не ответил.

— Так, ладно, — решительно сказал Скат.

Второй подвал оказался в точности таким же, как и первый, в котором Андрей и Гигла сидели. Левша лежал в углу, и, когда к нему подошли, выяснилось, что развязывать его не надо — сам справился, перетер веревку о выступающий из стенки кирпич. Более того, завладел ножом вырубленного Скатом грузина.