50 и один шаг назад

Мы садимся в машину и вливаемся в движущийся поток.

– Я не знала, что ты здесь жил… ты не говорил, – тихо произношу я, отрывая взгляд от улочек, выполненных во французском стиле.

– Да, потому что в то время… что ж сейчас расскажу, если хочешь, – он бросает на меня тяжёлый взгляд, и я могу лишь кивнуть.

Знаю, ведь я дура знаю, насколько ему сложно говорить об этом, но не делаю никаких попыток остановить его, сберечь душу и не разорвать мою. Ничего не могу с собой поделать, я хочу знать, что привело его в такую жизнь.

Ник паркуется и выходит, помогая и мне выбраться из спорткара.

– И где мы? – Спрашиваю я, пока мы идём по тропинке мимо деревьев.

– Я привёз тебя к Оратории Святого Иосифа, – отвечает он, указывая вперёд, и я, поднимая голову, вижу огромный храм, самый известный во всей Канаде, да и по всему миру.

– Надо же, какой он… намного больше, чем на фотографиях, – восхищённо шепчу я.

– Да, только подниматься на коленях к нему не будем, – отшучивается Ник, но я улавливаю напряжение в его голосе и улыбаюсь ему.

Мы поднимаемся по ступеням к главным дверям, где уже толпится большое количество туристов, да и самих жителей, паломников. Я не молюсь… начала, как только встретила его, но сейчас мне хочется опуститься на колени и просить прощения за всё."

"Внутри храма настолько красиво и даже магически притягивает душу, что она замирает, впитывая аромат ладана, а я прохожу к витражам и кресту. Ник идёт рядом со мной молча, даже осторожно ступая, словно он тут в первый раз.

– Здесь хранится сердце Андре. Многие приходят сюда за помощью, считая, что он до сих пор может вылечить любого человека, будь он инвалидом или же душевнобольным, – тихо рассказывает он, и я всматриваюсь в свечи, излучающие, как мне кажется, сейчас силу, исходящую от сердца монаха.

– И моя мать была в их числе, – едва слышно добавляет Ник.

– В числе больных? – Спрашиваю я, но он отрицательно мотает головой.

– Нет, в числе верующих, – сдавленно отвечает он и, разворачиваясь, уходит от меня широким шагом. Мне удаётся догнать его только на выходе.

Ник начинает спускаться, а потом резко останавливается, а я с ним. Он вздыхает, бросая взгляд на Ораторию, и опускается на ступеньку, упирая локти в колени и сцепляя руки в замок.