140 ударов в минуту

— Ты с психологом говорил? — спрашивает Василиса Антоновна.

— Говорил.

— И чего по сторонам ресницами своими пушистыми хлопаешь? Иди сюда.

Стою. В моей башке какой-то дебильный блок. Они говорят, что я здоров. Ну так, есть помехи, но в целом нормально. И сегодня Василиса Антоновна последний раз тут со мной. Это даже не пытка. Это контрольная.

— Железную мотивацию хочешь? — нехорошо щурится она.

— Мне уже не нравится.

— Знаешь, если бы я выслушивала у всех своих пациентов, что им не нравится, они бы так и валялись на больничной койке.

— Она не говорила…, — провожу ладонью по волосам, убирая челку со лба.

— Вот, я тебе сейчас говорю. Там будут какие-то важные шишки, которые отбирают талантливых музыкантов для большой сцены. Стефа волнуется и твоя поддержка ей очень нужна. Но, — Василиса Антоновна достает из кармана ключи от нашей квартиры, — пойдешь ты туда красивый и на своих двоих. Ты можешь спокойно ходить, Кис. Иди сюда и забери у меня ключи.

Блок в моей голове треснул еще на фразе «Стефа волнуется». Хватит ей. Она за меня херову тучу времени переживает. Вообще не понимаю, откуда это берется. У врачей есть на это умные диагнозы. Типа посттравматический синдром и что-то там еще, такое же труднопроизносимое. Я же сейчас просто злюсь на себя за то, что еще не с женой, которой так нужен.

Выдыхаю и делаю сразу несколько шагов вперед.

— Белая рубашка, черные брюки и поехали, — сжимает в кулак мои пальцы и накрывает своей теплой ладонью. — Ты огромный молодец, Саркис. Настоящий боец.

— Угу. На финише облажался.

— Не облажался ни грамма. Страх еще будет с тобой некоторое время. Это твой уставший от операций и боли организм пытается защищаться. Твоя задача — убедить его, что сейчас все нормально, потому что это действительно так. И мы с психологом тебе тут больше не нужны.

— Спасибо.

— Рубашку доставай, — смеется Василиса Антоновна.

— Ани, собирайся, — зову сестру. — Мы едем за Стефой!

— Получилось? — кудряшка заглядывает в гостиную.

— Заговор? — строго смотрю на подросшую сестру, стараясь не улыбаться."

"— Чуть-чуть, — хихикает она. — Тебе рубашку погладить или ты теперь снова можешь сам?

На сборы уходит минут сорок. Мне внутренне кайфово от того, что я делаю все сам. Одеваюсь, надеваю туфли.