14 ночей с монстром

Я застыла посреди комнаты, тяжело дыша и исподлобья смотря на своего мучителя.

— Что вам надо? — прохрипела, морщась от болезненных спазмов. — Зачем все это? Эмоции, чувства. Без них гораздо лучше и спокойнее. Я не хочу этого… Не хочу этой боли.

— Но и скрыться тебе я не дам.

— Я вас ненавижу, — честно призналась, глядя мужчине прямо в глаза.

— Отлично, — равнодушно отозвался он.

— Как же сильно я вас ненавижу!

— За что, Софи? Ну же. За что ты ненавидишь дрейгов? Расскажи мне. Прямо сейчас.

— Вы поработили Тэрос.

— Это было давно. И ваша планета под нашим присмотром живет намного лучше, чем было раньше. Мы восстанавливаем загубленную экосистему, позволяем вам существовать. Никаких лагерей и рабских ошейников.

Да, прав. И я сама часто об этом думала.

— Вы монстры! Чудовища!

— Да. И одного из таких монстров ты спасла, добровольно отдав свою кровь.

Я застыла, захлебываясь рвущимися с губ словами. Их было так много и все такие пустые, ненужные, глупые. Самое главное все ускользало.

— Лихорадка, — сдавленно прошептала я.

Форр кивнул.

— Да, ты права. Именно после нашего появления появилась эта болезнь. Мы ее спровоцировали. Но не мы ее создали, — глядя мне в глаза, произнес мужчина.

Я не сразу поняла смысл слов.

— Что?

— Лихорадка была искусственно создана людьми, — пояснил дрейг.

— И вы думаете, я в это поверю?

— Нет.

— Какие факты? Нет никаких фактов!

— Первая жертва — любовница А'Рэ. Ты же знаешь, как мы близки со своими любовницами. Не просто телесный контакт. Мы пьем их сущность и молодость. Ее задача заключалась в том, чтобы заразить любовника. Но не вышло, она сгорела сама. Остальных постигла та же участь.

— Нет, — отшатываясь произнесла я и замотала головой. — Нет! Это неправда!

— Но вирус вышел из-под контроля.

— Замолчите!

— Ты же знаешь, что я не лгу, София. В этом нет смысла. Но ты помнишь, каким был твой отец, каким чудовищем является мать. Ты понимаешь, что они не остановятся ни перед чем, чтобы уничтожить нас.

— Прекратите! — взмолилась едва слышно, захлебываясь слезами и сгибаясь пополам, от боли, которая пронзила все тело.