120 дней Содома, или Школа разврата

Аделаида заплакала – слезы были ее единственным оружием – и решила, будь что будет; она осмелилась попросить своего мужа о единственной милости: не подводить под наказание Софи, ведь Аделаида пришла к ней в комнату, а не Софи к Аделаиде. Дюрсе был непреклонен: он точнейшим образом изложит все обстоятельства дела и никого покрывать не намерен. Да, трудно разжалобить надсмотрщика, главный интерес которого в том, чтобы наказать кого-либо. А наказывать Софи так приятно! С чего бы Дюрсе лишаться такого удовольствия?

Общество собралось.

Дюрсе отчитался в утренней инспекции. Стало ясно, что совершен рецидив. Президент припомнил, что когда он заседал в Палате, его хитроумные собратья утверждали, что рецидив неопровержимо свидетельствует, что природа оказывается сильнее, чем воспитание и нравственные принципы, в этом человек и рецидивист, совершая повторный проступок, признает, что он, так сказать, самому себе не хозяин. Стало быть, наказание ему должно быть определено вдвойне суровое. Последовательно развивая концепцию своих былых сотоварищей, он требовал наказать обеих провинившихся по всей строгости законов. Но законы в таких случаях предусматривали предание смерти, а с этими дамами хотели еще некоторое время позабавиться, прежде чем их постигнет уготованная им судьба. Потому приняли такое решение: обеих привели, поставили на колени, прочитали им соответствующие статьи закона, дабы уяснили они, какую тяжкую кару навлекли на себя подобным преступлением. Свершив это, определили подвергнуть их наказанию втройне более тяжелому, чем то, чему их подвергли в минувшую субботу. Затем с них взяли клятву впредь никогда не повторять подобного, предупредили, что в случае нового нарушения им не избежать страшнейшей кары, и вдобавок их записали в роковую книгу."

"Инспекция Дюрсе добавила в эту книгу еще три записи. Провинились две девочки и мальчик; все случаи были следствием опытов по провокации небольших несварений желудка.

По существу, эти опыты удались, но случалось, что бедные детишки не могли удержаться, – вот они и попадали в список провинившихся. У девочек таковыми оказались сегодня Фанни и Эбе, а у мальчиков – Гиацинт. Малютки наложили в свои горшки такие огромные кучи, что Дюрсе долго над этим потешался. Сегодняшнее утро отличалось небывалым числом ходатайств о разрешении справить большую нужду, и новый метод Дюкло на этот раз все единодушно осудили.