Звездная стража

Платформа была покрыта песчаной пылью, которая просачивалась сквозь щели во время бури. Подошвы его сапог оставили в этой пыли ясные следы. Но были здесь и другие следы. Такие следы не мог оставить землянин. Кана снова осветил дверь. Она была плотно пригнана: он почти не видел линий соединений. Блеснули две петли. Кана осторожно обследовал их. Жир — какой–то жир недавно нанесли на петли, он еще не застыл, и его странный запах чувствовался остро, когда Кана поднес смазанный жиром палец к носу.

Кана направил луч на потолок, собираясь обследовать его дальше. Постепенно он убедился, что над головой между потолком и куполом имеется пространство. Угол между куполом и крышей острее, чем должен быть. Какое великолепное укрытие!

Ни один землянин не посмеет осматривать крыши в бурю. Кана был готов поклясться, что нашел укрытие шпиона–вентури! Хансу нужно лишь оставить здесь часового и… Потому что теперь он услышал и запах.

Ниже, там, где раньше лежали груды товаров, запахи перемешивались друг с другом, и общий аромат действовал на землян одуряюще. На мгновение Кана вспомнил игорное заведение на Секундусе. В запахе не было ничего неприятного, и он становился сильнее. Потом послышался легкий шлепающий звук, и Кана застыл, не осмеливаясь дышать. Слух сказал ему, что из двери что–то упало на платформу. Кана протянул фонарик вперед, как будто это был бластер.

Послышались другие звуки. Он не мог определить, какое движение обозначают эти звуки.

Кана включил фонарь на всю мощность. Луч света упал на существо, которое делало последний шаг с веревочной лестницы на пол. Существо ухватилось за веревку и застыло, выпрямившись, неподвижно, поняв, что бегство невозможно.

Помещение в корабле–малютке действительно давало ключ, но реальность превосходила всякое воображение. Если это вентури — а у Кана не было оснований сомневаться в этом — то вторая господствующая раса Фронна физически не имела ничего общего с ллорами.

Необыкновенная хрупкость создавала впечатление большего роста, чем в действительности. Руки походили на ветви дерева, отходя от тела без всяких плеч. Мешковатая шея едва намечалась. Ноги были длинные и тонкие, кончались плоскими перепончатыми ступнями. Верхние же конечности, две пары, оканчивались шестипалыми ладонями.