Бабье лето

Дальше уже в мирной обстановке выпили кофе с мамиными плюшками.

Дашка восхищалась и плюшками, и Ирининой фигурой:

– Я бы на таком питании уже в дверь не пролезала.

В общем, сидели, трепались. Потом Дашка решительно сказала:

– Так! Теперь к делу!

Ну и началось – мытье головы, укладка, макияж. В сотый раз перемерили кучу тряпок и все равно остановились на первом, выстраданном варианте. Мама ушла к себе в комнату и торжественно вынесла единственную сохранившуюся фамильную ценность: прабабкины сережки, крохотные бриллиантики-капельки с изумрудным листиком.

– Круто! – присвистнула Дашка.

– Собираете меня, как невесту, – ворчала Ирина.

– Кто знает, – загадочно отозвалась Дашка.

– Смешно, ей-богу! – Ирина покачала головой.

На шесть заказали такси. Дашка потребовала машину бизнес-класса. Услышав цену, мама горестно вздохнула.

В шесть ровно машина была у подъезда. Ирина бросила на себя в зеркало последний взгляд и шагнула за порог. Дашка вылетела следом.

– Боже! Какая мука эти каблуки, – застонала она.

– Все терпят и ты терпи! – строго ответила Дашка.

В общем, двинулись с божьей помощью. Настроение было так себе. Ресторан «Осенний сад» находился в глубине парка и был красиво освещен. Такси подъехало к входу. В вестибюле толпился народ. Ирина растерянно остановилась, пытаясь найти знакомые лица. К ней подбежала маленькая пухлая женщина и громко закричала:

– Ирка! Завьялова!

В женщине Ирина с трудом опознала Зойку Зарницкую, мать троих детей.

Зойка скакала вокруг Ирины и восхищалась ее фигурой.

– Ну, ни на грамм, ни на грамм, – повторяла Зойка, видимо, сильно озабоченная своей полнотой.

Наконец Ирина огляделась и постепенно начала узнавать одноклассников. Кто-то был узнаваем совсем легко, кого-то – и это бросалось в глаза – жизнь потрепала изрядно. В центре внимания была, конечно, Динка Коробова, телезвезда.