Золотой шут

У нас была одна задача: очистить твою кровь от яда и исцелить рану на спине. Когда я заметил, что твой шрам исчезает, а тело отторгает куски сгнившей плоти, я крикнул, что мы должны остановиться. Но даже после того, как мы убрали руки и отошли от тебя…

Я попытался вспомнить этот момент, но не сумел.

– Возможно, мое тело и Сила продолжали начатую вами работу. Я ничего не помню.

Он прикрыл рот рукой и стоял, глядя на меня сверху вниз.

– Чейд… – Он замолчал, но потом принял какое-то решение и продолжил, теперь он говорил почти как Шут: – Мне кажется, лорд Чейд почувствовал… нет, я не могу утверждать наверняка.

– Эда и Эль!.. – простонал я.

Чейд был прав. Я никогда не понимал чувств других людей. Да, я уловил в нем напряжение, однако мне и в голову не приходило, какие подозрения мучают старика. Даже если бы я знал, что все мои шрамы исчезли, подобная реакция была бы для меня полнейшим сюрпризом. Вот почему он ушел таким обиженным: он твердо решил самостоятельно выяснить все, что я от него скрываю.

– Ты передумал бриться, Том Баджерлок? – спросил лорд Голден.

– Во всяком случае, до поры. Я поднимусь в прежние покои Чейда. Буду благодарен, если ты сообщишь ему, что я хотел бы с ним побеседовать. – Я говорил так, словно он снова стал Шутом, но не рассчитывал на ответ.

Он молча закрыл дверь моей спальни.

– Считай, что ты уже победил, – проворчал я.

Не обращая внимания на Джилли, я добрел до постели, улегся и почти сразу же заснул.

Проснувшись, я обнаружил, что хорек спит у меня на груди. Как только я пошевелился, Джилли сбежал. Я сразу же увидел, что кто-то приходил, пока я спал. Меня это сильно встревожило. Когда я был связан с волком, он всегда предупреждал меня о появлении других живых существ. За долгие годы нашей дружбы я привык полагаться на его восприятие окружающего мира и теперь понял, что пришла пора рассчитывать только на себя.

На краю стола стояли тарелки и бутылка вина.