Зимняя сказка

Последний волк, тот самый что напал на нас первым и которому пасть разворотило дубинами, несся на меня и спасти меня теперь было не кому. Остатки дубин летели за ним не поспевая. Секунда и его развороченная пасть перед моим лицом, я поднимаю руку, чтобы прикрыть горло, а губы сами шепчут.

— Сума. Хватит ума. — Он все же успел меня цапнуть за руку, я почувствовал, как ледяной холод пронзает ее, а потом, глаза волка широко раскрылись, и он рассыпался хлопьями снега. Что это? Как это? Что произошло? Были мои последние мысли, прежде чем я понял, что теряю сознание, рука по самое плечо была заледеневшим куском мяса и этот холод с каждой секундой все ближе подбирался к сердцу.

Проснувшись, я почувствовал, что на меня облокотились и на моем лице лежит чья-то тяжелая грудь.

— А если валета! — Раздался знакомый голос, встречавший меня с того света уже не единожды.

— И вот еще и вот! — Поддержал его другой, звонкий девичий, это Римма, она то тут что делает.

— Да так не четно. — Это Злата.

— А я тебе говорила. В дурака вшестером играть не интересно, чистая удача, никакой тактики или ума.

Я открыл глаза, ну так и есть, надо мной сложив груди мне на лицо, сидит Василиса, а вокруг кровати на стульчиках, Злата, Варька, Римма, Марья и Полинка, и они вшестером на моем бесчувственном теле играют в карты.

— Меня в игру возьмете? — Пробормотал я.

— Не. — Помотала головой Злата.

— К тому же. — Вмешалась Василиса. — С тобой играть бес толку, ты и так чемпион, бесспорный. Ты скажи, бестолочь, вот как ты умудрился?

— Выжить? — Уточнил я."

"— Нет, как ты умудрился выжить я и так знаю. — Я почувствовал, как она нежно погладила меня по голове. — Злата в тебя уйму зелий влила, дотянула, пока живую воду не привезли. Как ты умудрился ввязаться в драку с тварями, причем без подготовки, без оружия. Вот скажи мне, Дим! Как? А главное зачем? В двух кварталах патруль стоял, пятеро бойцов, при огнемете, а главное их не жалко было.

— Я нечаянно. — Я попытался встать, чувствовал я себя великолепно, да и лежал я не в больничной палате, а в собственной кровати. — Я вообще не хотел, чтобы они на меня нападали. Я даже по-честному не поехал патрулировать город, рассчитывал приятно провести эту ночь, а тут они.