Зимняя сказка

— Я сегодня была с тобой предельно искренней, а ты меня обидел своими подозрениями.

— Я не сказал ни слова. — Спокойно сообщил я ей.

— Да не надо слов. Дим, я по лицам читаю, а ты как букварь. — Она не сильно, но ощутимо отвесила мне пощечину. — Ты думаешь я со всеми сплю? Думаешь, это для меня разменная монета для достижения цели? У меня в жизни было три мужчины! Двоих ты знаешь, третьего не узнаешь никогда, для меня, интимная близость слишком важна, чтобы ее использовать для влияния. Так что…

— Прости. — Я поцеловал ее в щеку.

— Может я чего не так подумал, может ты чего не то прочитала. В любом случае, прости.

— Вернешь Ягу, прощу! — Совершенно серьезно сообщила она мне. — А пока… — Она встала и принялась собирать разбросанную по кухне одежду. — Как я говорила, любые ресурсы в твоих руках! Будут нужны деньги, звони мне. Люди, Варваре или Соловью… — Она секунду стояла в задумчивости, но все же подошла и чмокнула в губы на прощание. — Работай, Дим! Мне нужен результат!

Я смотрел, как она грациозно удаляется прочь и в голове моей крутилось: «не верю!», все это ей спланировано, ну может не в деталях, но все рассчитано, и со мной она эту канитель закрутила не просто так.

Больше, чем уверен, что сегодняшнее утро разыграла как по нотам, пожалуй, кроме последнего аккорда, где я не сдержал своих эмоций и мимикой дал понять, что-то пошло не так. Красивая, умная женщина, такую бы любить и на руках носить, жаль чужая, и моей не будет никогда. А моя там, спряталась от всех, напуганная неизвестной опасностью, скрылась от мира и ждет, что я приду и спасу ее.

— Эх, Яра! Яра! Что же тебя так напугало то? — Задумчиво пробормотал я, отправляясь в спальню за телефоном.

— Какого хрена тебе надо? — Варька явилась ко мне хмурая и помятая.

— О! А ты чего такая? Антипохмелин что ли не выпила? Или еще где накатить успела?

— Дим! Не надо а? — Она смерила меня неприязненным взглядом. — Физическая боль от произошедшего вчера, это мелочь.

— А чего не так? — Не понял я.

— Мне стыдно! Понимаешь? — Из ее глаз хлынули слезы.

— Стыдно! Мне с ними работать! А они… Они мне вчера сиськи облизывали, и я с ними целовалась.

— И что? — Не понял я. — Хорошо ж посидели. Ты и со мной целовалась, ты вообще со мной проснулась сегодня, голой, между прочим.

— В трусиках! — Поправила меня Варька, словно это имело какое-то значение. — И ты больше, не член коллектива, а эти двое, что мне теперь делать? Уволить их?

— Эй-ей, ну ка приостанови репрессивную машину.