Живу тобой

Мне нужна была всего минута, чтобы выйти из тачки дядьки и добраться до ворот управления. Ведь не станет моя же охрана ""паковать"" меня на виду у доблестных служителей закона?

Конечно же, дядя Лев возмущался и грозно сверкал на меня тяжелым взглядом. Но я делала вид, что не замечаю его недовольства.

И прежде, чем выйти из машины, я все же порывисто обняла родственника:

— Ты ведь понимаешь, что иначе я не могу? — прошептала я. — Мне нужно увидеть его. Нужно!

Осинин кивнул, пусть и был в корне не согласен с моими действиями.

А дальше я вышла из салона автомобиля и направилась прямиком к шлагбауму, за которым выстроились охранники в форме.

— Тина Никоновна! — предостерег Никита, мелькнувший за моей спиной. — Не нужно этого делать!"

"Но я упрямо расправила плечи и шла только вперед. На пропускном пункте предъявила свои документы. Меня быстро пропустили, не задавая лишних вопросов. Велели сдать личные вещи и средства связи. Далее — встреча с адвокатом.

Максим Егорович уже ждал меня. Давний друг отца знал меня еще с пеленок.

И мой характер знал. Как и тот факт, что лучше сразу согласиться и поддерживать мои безумные поступки, чем потом разгребать последствия.

— Я договорился на пять минут. Пять, Тина, — коротко сообщил Максим Егорович. — Не задавай лишних вопросов. Поняла? Адвокаты Молотова работают. Остальное — не здесь. Ясно?

Я согласно кивала на каждую фразу, произнесенную Самуговым. А сама сгорала от нетерпения.

Сейчас! Сейчас я увижу этого заносчивого, гордого, упрямого засранца! Увижу и прибью! Или поцелую.

Тут уж не угадать. Но я точно знала, что следует четко дать понять Молотову, что не пугают меня проблемы, что я планирую быть рядом и бороться за его свободу, за нас. Ведь не может прошедшая неделя ничего не значить для Самуила. Не может, и все!

Комната, в которую впустил меня охранник, была небольшой, без окон, с двумя стульями и одним столом в центре. Серые, давящие стены. Глухое эхо от каждого шороха и даже вздоха.

Но это все мелочи, все стало вдруг неважным, даже пробирающий до костей холод, пусть и сравнительно тепло было здесь, да и на улице стояла жара.

А холод все равно сковывал каждое движение, мешая дышать.

Дверь открылась. В проеме появилась высокая фигура Молотова.

Я мельком взглянула на мужские запястья, закованные в наручники, и тут же вскинула глаза к лицу любимого.

— Сэм…. - выдохнула я.

Молотов прищурился, окинул меня совершенно непроницаемым взглядом.

Охрана вышла из помещения, оставив нас наедине.