Живу тобой

А мне было дышать тяжело, как будто огромная цементная плита навалилась на грудь. Ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Сэм, не глядя, подхватил пачку сигарет со стола и зажигалку. И все никак не мог вытряхнуть из упаковки сигарету. Пока они все не посыпались из его рук на пол, а одна все же осталась.

Также, сверля меня диким, бешенным, потемневшим взглядом, Сэм щелкнул зажигалкой и жадно вдохнул табачный дым.

А я прислонилась спиной к закрытой двери. Иначе упала бы.

Зловещую тишину кабинета взорвал телефонный звонок.

Я видела глаза Сэма через сизую дымку. И понимала, что мужчина ведет себя странно. От него лилась дикая агрессия. Настолько бешенная, что меня начало трясти.

А потом раздался глубокий, хриплый, резкий голос.

Приказ звучал хлестко. И становилось понятно, что Молотов не потерпит промедлений или, упаси бог, неповиновения.

— Два часа! Через два часа заказчик нападения должен быть у меня! И срать, как ты это сделаешь!

Я украдкой выдохнула.

Новомодный гаджет рассыпался на куски от столкновения с препятствием. А мужчина подался вперед, опираясь руками в стол.

Сэм все еще смотрел на меня, но теперь уже исподлобья. Словно ему тяжело было отвести глаза, но и смотреть было тяжело.

А я начала оседать на пол. Ноги уже просто не держали. Нервы сдали, ко всем чертям.

Сидела на полу и смотрела, как Сэм вдавил недокуренную сигарету прямо в лакированную поверхность стола, оттолкнулся руками от гладкой поверхности и медленно двинулся ко мне навстречу.

Я сидела, упираясь затылком в дверь и глядя на мужчину снизу вверх.

— Так это не ты? — прошептала я сипло. — Я думала…. Решила…. Я нашла флешку на твоем столе."

"А Сэм будто не слушал. С каждым моим словом его шаги становились быстрее, и вдруг мужчина навис надо мной. Чуть наклонился, подхватил меня и впечатал в свою грудь.

Так сильно и стремительно, что я успела лишь возмущенно пискнуть. А крепкие руки уже сжались на моей спине, талии, затылке, бедрах.

Лихорадочно скользили, ощупывали, сжимали до сладкой боли.

И дрожали, почти тряслись.

Дыхание рваное, надсадное, будто Сэм преодолел не жалких десять метров, а целую тысячу, когда шел ко мне.

— Тогда кто? — всхлипнула я.

— Вот и мне интересно, — холодно с надрывом произнес Сэм, и стало ясно, что он найдет и накажет виновника.