Живу тобой

! — пригрозила Эмилия, а Скулкина, судя по всему, передумала вступать в конфликт, как только увидела меня в компании супруги одного из самых важных гостей вечера.

— Давайте сделаем вид, что ничего не произошло, Кассандра Юрьевна?! — вмешалась Скулкина.

— Давайте, Ирина, вы пойдете на хрен, и принесете извинения моей дочери за все, что сказали там! — с ехидной улыбкой произнесла мама. — В любом случае. Молотов узнает обо всем, что услышали мы.

— И кому же он поверит? — усмехнулась Эмилия. — Своей мачехе? Или шлюшке, с которой спит, и которую уже завтра забудет?

Мама не стала миндальничать с женщиной.

— Да как ты смеешь?! — закричала мачеха Сэма и собралась дать сдачи маме.

Да конечно. Ага!

Я перехватила буйную тетку. Благо рост позволял, да и брату спасибо за то, что всю юность таскал меня с собой в спортзал.

В итоге я зафиксировала дамочку так, чтобы она не дотянулась до мамы. И на всякий случай заломила ей руки за спину.

— Самуил Георгиевич! Это все странное недоразумение, и… — затараторила Скулкина, когда дверь в уборную распахнулась.

Я не торопилась выпускать ругающуюся матом мачеху Молотова. Змеюка извивалась, пыталась освободиться. Но со мной ей было трудно справится. В коем-то веке я порадовалась, что унаследовала от папы рост."

"Тяжелый взгляд Сэма задержался на мне. Молотов не стал разбираться, кто здесь виноват, кто прав, и кто первым начал весь этот некрасивый скандал.

— Эмилия, Ирина, вам пора, — холодно бросил Сэм.

Шагнул внутрь, пропустил пару плечистых парней. К моему удивлению, ни Скулкина, ни Молотова возмущаться не стали. Молча подчинились. Даже на нас с мамой не взглянули.

— Самуил Георгиевич! А как же банкет? Там артисты, и…. - подала голос Скуликна, отчаянно цепляясь за последний шанс.

Сэм бросил короткий взгляд на Всеволода. Охранник что-то коротко произнес в переговорное устройство, а через небольшой динамик, из которого еще секунду назад лилась легкая релаксирующая музыка, зазвучал весьма знакомый голос.

— Это моя ""Эйфория"", — жестко произнес Молотов, не вынимая рук из карманов брюк. — Здесь ничего не происходит без моего ведома.

Стоит ли уточнять, что каждый из присутствующих догадался. Ирина больше не появится ни здесь, ни в любом другом заведении, принадлежавшем Молотову. И, кажется, Скулкина сочла это очень плохим знаком.