Жестокое и странное

– Как она?

– Она не будет работать, доктор Скарпетта.

Это не стало для меня откровением, но поразило то, что она не сказала мне об этом сама. Я вот уже с полдюжины раз пыталась до нее дозвониться, но либо никто не подходил к телефону вообще, либо подходил ее муж и сообщал, по какой причине Сьюзан не могла подойти сама.

– И все? – удивилась я. – Просто не будет работать? А она как-то это объяснила?

– Я думаю, беременность проходит тяжелее, чем она рассчитывала. И работать ей сейчас просто не под силу.

– Ей нужно будет прислать заявление об увольнении, – сказала я с плохо скрываемым негодованием.

 – Я предоставляю вам разобраться с кадровым вопросом. Нам нужно будет немедленно заняться поиском замены.

На улице кучи грязного снега, сгребенного к обочине дороги, не давали ни припарковаться, ни перейти проезжую часть. Сквозь мрачные тучи тускло светило солнце. Мимо меня в трамвае проехал маленький духовой оркестр, и под звуки жизнеутверждающей мелодии я поднялась по скрипевшим из-за соли под ногами гранитным ступенькам.

Стоявший в дверях полицейский пропустил меня в Сиборд-Билдинг, и, поднявшись наверх, я нашла Вэндера в комнате, ярко освещенной цветными мониторами и ультрафиолетовыми лучами. Сидя перед рабочей станцией, он, водя мышью, внимательно разглядывал что-то на экране.

– Здесь кое-что есть, – сообщил он, забыв даже о приветствии. – Кто-то писал что-то на листе бумаги, который лежал на этом, или почти на этом. Если вглядеться, то можно разобрать едва заметный оттиск.

Тут я начала понимать.

В центре освещенного стола слева от него лежал чистый лист белой бумаги, и я наклонилась, чтобы рассмотреть его. Оттиск был настолько слабый, что я засомневалась, был ли он на самом деле или мне просто показалось.

– Это тот самый лист бумаги, что лежал на кровати Дженнифер Дейтон? – взволнованно спросила я. Он кивнул, продолжая двигать мышью.

– Видеокамера уже сняла оттиски, и они остались на жестком диске. Только не трогайте бумагу. Я еще не снял с нее отпечатки. Я только начал, так что потерпите пока.

Ну, давай, давай. – Это уже относилось к усилителю изображения. – Я знаю, что камера все схватила. Теперь ты должен нам помочь.

Компьютерные методы усиления изображения – это загадки контрастности. Камера различает более двухсот оттенков серого, глаз человека – меньше сорока. Если чего-то не видно, это вовсе не означает, что там ничего нет.

– Слава Богу, когда работаешь с бумагой, не беспокоишься о шумовом фоне, – говоря это, Вэндер продолжал свое дело.