Жестокое и странное

Терминал был соединен через модем с компьютером полицейского управления штата, где находилась база данных о более чем шести миллионах отпечатков пальцев. Он нажал на несколько клавиш, приводя в действие лазерный принтер.

– Четких линий очень мало, но вот тут кое-что у нас есть. – Вэндер начал нажимать клавиши, и на экране появился четкий белый отпечаток пальца. – Указательный палец правой руки, завиток узора. – Он указал на лабиринт линий за стеклом экрана. – Великолепный отпечаток, обнаруженный в доме Дженнифер Дейтон.

– Где именно в ее доме? – уточнила я.

– На одном из стульев в гостиной. Поначалу я решил, что тут какая-то ошибка. Однако – нет. – Вэндер не отрываясь смотрел на экран, потом, продолжая нажимать клавиши, сказал: – Отпечаток принадлежит все тому же Ронни Джо Уодделу.

– Но это невозможно! – пораженно воскликнула я.

– Не сомневался, что вам так покажется, – рассеянно отозвался Вэндер.

– Вы ничего не обнаружили в доме Дженнифер Дейтон, что бы могло свидетельствовать о ее знакомстве с Уодделом? – спросила я Марино, открывая дело Уоддела.

– Нет.

– Если у вас есть отпечатки Уоддела, сделанные в морге, – сказал Вэндер, обращаясь ко мне, – мы можем сравнить их с тем, что имеется в АСИОП.

Я вытащила два коричневых конверта и тут же почувствовала что-то неладное, ощутив, какие они были толстые и увесистые. Мое лицо запылало, когда, открыв поочередно оба конверта, я не нашла в них ничего, кроме фотографий. Конверта с десятью карточками отпечатков Уоддела не было. Подняв глаза, я увидела, что все смотрят на меня.

– Не понимаю, – произнесла я, ощущая на себе недоуменный взгляд Люси.

– У вас нет его отпечатков? – воскликнул пораженный Марино.

Я еще порылась в деле.

– Их здесь нет.

– Обычно этим занимается Сьюзан, да? – спросил он.

– Да. Всегда. Предполагалось, что она сделает два комплекта. Может быть, она отдала их Филдингу, а он забыл их мне отдать.

Я вынула свою записную книжку и принялась звонить по телефону. Филдинг был дома, но про карточки с отпечатками пальцев ничего не знал.

– Нет, я не видел, чтобы она снимала у него отпечатки, но я не слежу за всеми, кто чем занимается, – сказал он. – Я просто решил, что она отдала карточки вам.

Набирая номер телефона Сьюзан, я пыталась воспроизвести в памяти тот момент, когда она занималась карточками или окрашивала пальцы Уоддела чернилами.

– Вы не помните, не видели, как Сьюзан снимала отпечатки с Уоддела? – спросила я у Марино, слушая долгие гудки в трубке.