Жестокое и странное

Расстегивая куртку, я с удивлением смотрела на нее.

– Бен меня подвез, – сказала она, имея в виду моего администратора, у которого был джип с приводом на четыре колеса. – Нас пока здесь только трое.

– А что Филдинг?

– Он звонил несколько минут тому назад и сказал, что не может выбраться со своего двора. Я сказала ему, что у нас пока только один случай, но, если работы прибавится, Бен за ним заедет.

– Вы знаете, что наш «случай» странным образом приткнулся в коридоре?

Она замялась и покраснела.

– Я везла ее на рентген, и тут зазвонил телефон.

– Вы уже взвесили и измерили ее?

– Нет.

– Давайте начнем с этого.

Она вылетела из секционной, прежде чем я успела сказать что-то еще. Секретари и научные сотрудники, работавшие наверху в лабораториях, частенько входили и выходили из здания через морг, поскольку так было удобнее попадать на автостоянку. Этим же путем нередко пользовался и обслуживающий персонал. Поэтому оставлять тело без присмотра посреди коридора было крайне нежелательно и даже опасно, если цепь доказательств окажется в суде под вопросом.

Сьюзан вернулась, толкая впереди себя каталку, и мы принялись за работу в тошнотворном запахе разлагающегося мяса. Я принесла перчатки и пластиковый фартук, а затем закрепила на подставке разные формы и бланки. Сьюзан казалась притихшей и напряженной. Когда она потянулась к панели управления, чтобы подрегулировать компьютеризованные напольные часы, я заметила, что у нее дрожат руки. Может быть, у нее утренний приступ токсикоза.

– Все в порядке? – спросила я у нее.

– Небольшая усталость.

– Точно?

– Совершенно. Она весит ровно шестьдесят семь килограммов.

Я переоделась в свою зеленую робу, и мы со Сьюзан перевезли тело в рентгеновский кабинет и переложили его с каталки на стол. Откинув простыню, я подсунула под шею специальную подставку, чтобы не болталась голова. Ножа на горле была чистой, незакопченной и без ожогов, потому что ее подбородок находился у самой груди, когда она была в заведенной машине.

Сьюзан сделала снимки и сунула их в процессор, в то время как я обследовала переднюю часть тела с лупой. Я собрала множество едва заметных белесых волосков, возможно, от простыни или постельного покрывала, и обнаружила такие же у нее на носках. На ней не было никаких украшений, и под халатом она оказалась голой.