Жестокое и странное

– Что у тебя получилось?

– Я еще не добралась до этого, – ответила я с плохо скрываемым раздражением.

Она медленно повторила свои инструкции.

– Я вижу три имени в корневой группе, – сказала я.

– Хорошо. Запиши их. Потом двоеточие, q, бам, и ты вышла из «группы».

– Бам? – озадаченно переспросила я.

– Восклицательный знак. Теперь займись паролем и посмотри, может, кто-нибудь с корневыми привилегиями окажется без пароля.

– Люси. – Я убрала руки с клавиатуры.

– Это просто узнать, потому что во втором поле ты увидишь зашифрованный пароль пользователя, если у него есть пароль.

– Люси.

– Прости. Тетя Кей. Я опять очень тороплюсь?

– Я же не программист, работающий с ЮНИКС. Для меня это все равно, как если бы ты сейчас вдруг заговорила на языке суахили.

– Ты могла бы научиться. ЮНИКС действительно интересная штука.

– Спасибо, но дело в том, что сейчас у меня нет времени учиться. Кто-то влез в мой каталог. У меня там секретные документы и отчеты.

– Ну, с первой частью вопроса разобраться несложно, если только нарушитель не набирает код по модему неизвестно откуда.

– Но сообщение это было послано кому-то в моем офисе, в какой-то наш аппарат.

– Это вовсе не означает, что кто-то из своих не мог прибегнуть к чужой помощи, тетя Кей. Возможно, тот, кто что-то вынюхивает, ничего не знает о ЮНИКС, но ему необходимо было влезть в твой каталог, и он нашел себе какого-нибудь программиста.

– Тут не до шуток, – сказала я.

– Может, это и так, но в любом случае, на мой взгляд, твоя система не очень-то защищена.

– Когда тебе сдавать твою работу? – поинтересовалась я.

– После каникул.

– Ты ее уже закончила?

– Почти.

– Когда начинаются рождественские каникулы?

– В понедельник.

– Как насчет того, чтобы приехать сюда на пару дней помочь мне со всем этим делом? – спросила я.

– Ты шутишь.

– Нет, я говорю совершенно серьезно.

– Без елки?

– Это смертельно?

– Да в общем нет. А снег идет?

– В этом нет никакого сомнения.

– Никогда не видела снега. Я имею в виду воочию.

– Дай-ка мне лучше поговорить с твоей матерью, – сказала я.

* * *Подойдя к телефону, Дороти, моя единственная родная сестра, проявила чрезмерную заботу.