Жестокое и странное

Стоило пару раз нажать на пульверизатор, как на кофейном столике появился голубовато-белый неоновый свет. Он исчез так же быстро, как и появился.

– Здесь, – сказал мне Вэндер.

Я почувствовала, как моей руки коснулась бутылочка, и я взяла ее. Когда Вэндер включил видеокамеру, загорелась крошечная красная лампочка, потом белым засияла лампочка ночного видения, глядя в ту же сторону, что и он, своим люминесцентным глазом.

– Где вы? – голос Вэндера раздался слева от меня.

– Я в центре комнаты. Я чувствую ногой кофейный столик, – отозвалась я, словно мы, как дети, играли в темноте.

– А я вообще черт знает куда забрел, чтобы не мешать. – Голос Уэсли доносился откуда-то из столовой.

Белая лампочка Вэндера медленно направилась ко мне. Протянув руку, я дотронулась до его плеча.

– Готово?

– Я записываю. Начинайте и брызгайте до тех пор, пока я не скажу вам хватит.

Я начала брызгать вокруг нас на пол, не снимая пальца с кнопочки, и видела, как вокруг меня образовался легкий туман, а под ногами стали складываться причудливые фигуры разных форм и конфигураций.

В какой-то момент мне показалось, что я словно пролетаю в темноте над светящимся огнями далеким городом. Кровь, попавшая в щели между паркетинами, излучала бело-голубой свет, который появлялся и исчезал, едва глаза успевали его заметить. Я продолжала брызгать, не ориентируясь относительно других предметов, и по всей комнате видела следы ног. Я наткнулась на фикус, и на поддерживавшей его подставке появились бледные белые полосы. Справа от меня на стене возникли смазанные следы рук.

– Свет, – сказал Вэндер.

Уэсли включил верхний свет, и Вэндер установил фотоаппарат на штатив, чтобы обеспечить полную неподвижность. Единственным источником света должен был быть люминол, что требовало для съемки длительную выдержку. Я достала полную бутылочку люминола и, когда свет вновь потух, продолжила брызгать на смазанные следы рук на стене, в то время как камера снимала эти зловещие очертания на пленку.

Потом мы двинулись дальше. Словно нехотя, на полу и на деревянной отделке стен появились бледные разводы, а неоновая решетка на кожаном диване нечетко очерчивала темные квадраты подушек.

– Вы не могли бы их убрать? – попросил Вэндер. Одну за другой я сняла подушки на пол и обрызгала весь диван. Промежутки между подушками засветились. На спинке образовались многочисленные пятна и разводы, а потолок превратился в созвездие маленьких ярких звездочек.