Жестокое и странное

Трудно сказать что украли еще, потому что она жила одна.

– Никаких заслуживающих внимания отношений?

– Интересный момент. – Уэсли смотрел на пожилую пару, сонно танцевавшую под хриплый звук саксофона. – На простыне и на матрасе обнаружены пятна спермы. Пятно на простыне должно было быть свежим, или она не очень часто меняла постельное белье. И нам известно, что к Уодделу эти пятна не относятся. Группа крови не соответствует.

– Никто из ее знакомых не упоминал о любовнике?

– Никто. Был велик интерес узнать, кто мог оказаться этим человеком, но, поскольку он так и не вышел на полицию, решили, что, возможно, у нее был роман с кем-нибудь из ее женатых коллег или друзей.

– Возможно, – согласилась я. – Но не он был ее убийцей.

– Нет. Ее убийцей был Ронни Джо Уоддел. Давай посмотрим.

Я открыла дело Уоддела и показала Уэсли фотографии того заключенного, вскрытие которого я проводила вечером тринадцатого декабря.

– Узнаешь человека, с которым ты беседовал шесть лет назад?

Уэсли хладнокровно просматривал фотографии одну за другой.

– Я вижу сходство, – сказала я."

"– Да, и, пожалуй, не более того, – ответил Уэсли. – Снимку с протокола десять лет. У Уоддела были борода и усы, он был очень мускулистый, но худой. У него было худощавое лицо. Этот, – он показал на одну из фотографий, сделанных в морге, – побрит и на вид гораздо упитаннее.

Я тоже не могла с уверенностью этого сказать. Правда, и у меня были такие старые фотографии, на которых меня бы никто не узнал.

– У тебя есть какие-нибудь соображения насчет того, как решить эту проблему? – спросила я Уэсли.

– Кое-какие идеи у меня есть, – сказал он, складывая фотографии в стопку и постукивая ею по столу, чтобы выровнять. – Ваш старый друг Ник Грумэн, похоже, участвует во всей этой игре, и я думал о том, как лучше всего к нему подобраться, чтобы он ничего не пронюхал.

Я поняла, к чему он клонит, и попробовала перебить его, но Уэсли мне не дал.

– Марино рассказывал о твоих проблемах с Грумэном, что он донимает тебя своими звонками. И еще тут, разумеется, твоя учеба в Джорджтауне. Может, тебе стоит поговорить с ним.

– Я не хочу с ним разговаривать, Бентон.