Женский приговор

Наташа откусила и зажмурилась – так было вкусно.

– Вы нас балуете, Ирина Андреевна. А я вот ничего не принесу, потому что не умею готовить.

– Да не может быть!

– Просто я живу одна и, кажется, потихоньку превращаюсь в старого холостяка, – улыбнулась Наташа.

Судья вздохнула:

– А я вдвоем с сыном. И во что превращаюсь, пока непонятно.

…Ирина хотела встать, но Валерий не выпустил ее из объятий.

– Полежи еще минуточку.

– А как же садик?

– Время есть.

Ирина взглянула на часы: времени достаточно, но сегодня пятница, все стараются забрать детей пораньше.

– Полежи, полежи, – Валерий провел губами по ее шее и поцеловал в ямочку между ключицами, – завтра суббота, это значит, что мы не увидимся целых два дня, так что давай насладимся друг другом.

Ирина вздохнула: она и забыла за этим процессом, что впереди долгие одинокие выходные. Снова просыпаться с пугающим чувством, что нечего ждать и некуда идти, вставать через силу и мечтать, чтобы поскорее наступил понедельник.

– Я так скучаю по тебе, – Валерий обнял ее так крепко, что ребра заболели, – если бы ты знала, как я иногда мечтаю просто вдохнуть аромат твоих волос…

Ирина молча отвела его руку и стала одеваться. Красивые слова, но, господи, сколько она их уже слышала! Ах, скучаю, ах, мечтаю! Ну так и воплощай свою мечту, кто тебя за руки-то держит?"

"На сарафане сзади была длинная молния, и обычно она просила Валерия ее застегнуть, но сегодня справилась сама.

Она осторожно натянула колготки. Утром на работе с бедра пошла тоненькая «стрелка», пришлось замазать лаком для ногтей, чтобы не спускалась ниже, где ее уже видно из-под юбки. Пока лаковый заслон держится, но вечером обязательно надо зашить.

– Ира, сядь на секундочку, – вдруг окликнул ее Валерий.

– Что?

– Мне кажется, ты не совсем понимаешь, насколько важным делом занимаешься сейчас.

Ирина подошла к любовнику, взяла за руку, но садиться не стала, чтобы стрелка не поползла.

– Милый, не волнуйся. Как говорит моя мама, все будет в абажуре.

– Очень на это надеюсь. До сегодняшнего дня все шло безупречно, и вдруг такой ляп!

– Какой?

– С этим фарфором, будь он неладен. Ну неужели нельзя было обойти этот момент?

– Как?

– Надо работать со свидетелями.