Женаты по договору

— Ты зачем встал? — прохрипела я, отступая назад.

Мейнор выглядел не так чтобы очень плохо, но явно не хорошо. Кожа бледная с зеленоватым оттенком, губы белые, глаза с лихорадочным блеском и темные тени под ними.

— Тебе нельзя. Пойдем… пойдем я тебя провожу.

Быстро стерев слезы, я подхватила Мейнора под руку и вывела из комнаты.

Лишь на пороге не выдержала и обернулась.

Папа уже не дергался и не пытался вырваться, лишь часто дышал, бешено вращая глазами и вновь что-то бормотал.

— Все будет хорошо, — тихо, но уверенно произнес муж.

 — Мы обязательно ему поможем.

Я лишь кивнула, продолжая путь.

Комната Мейнора была соседней.

Он тяжело опустился на узкую кровать и лег на подушки, сморщившись от боли.

Я тут же села рядом на самый краешек, осторожно касаясь пальцами его лица, убирая непокорную прядку со лба, проведя по скулам, коснулась сухих губ.

— Ты так напугал меня.

— Я же обещал, что вернусь, — отозвался он, поймав мою руку и поднеся к губам.

— Я чувствовала, что тебе плохо. Не знаю как, но чувствовала.

Всю ночь промучилась от тревоги и страха.

— Прости…

— Не смей так больше рисковать, слышишь?

— Не буду, — тут же согласился муж, целуя каждый пальчик по отдельности.

— Понимаю, ты грозный воин, привыкший сам все решать. Сотню лет прожил один, но теперь есть я… привыкай.

— Уже привык, — улыбнулся и слегка сморщился.

— Больно? — тут же спросила я, сразу забыв про все нотации.

Заглянула в темные глаза, в глубине которых еще виднелись отголоски боли.

— Нет, все хорошо.

— У меня же кроме тебя никого нет.

Да, есть папа и… Алесса, если она сможет простить меня. Но это не одно и то же. Ты моя жизнь, Мейнор. Без тебя я не смогу.

Это было почти признание в любви, на которое я все не могла решиться.

— Обещаю, это больше не повторится.

— Я постараюсь тебе поверить, — вздохнула я и даже попыталась улыбнуться.

Правда не очень удачно.

Мейнор сразу почувствовал мое состояние.

Подался вперед, проведя ладонью по щеке.

— Ты в порядке?

Я не сразу ответила.

— Насколько это возможно в сложившейся ситуации.

Ты едва не погиб, рискуя жизнью и играя роль подсадной утки. Папа спасен, но он… практически лишился рассудка. И мне страшно от мысли, что он уже никогда не станет прежним. А Брэндон… — Я тяжело сглотнула, смаргивая подступившие слезы. — Мертв. Ты прав. Оставлять его в живых было бессмысленно. Им нужен был только отец. Но я так надеялась.

— Мне жаль.

Мейнор осторожно смахнул большим пальцем слезинку, застывшую на ресницах.