Жена по приказу

– Добрый вечер, – завидев его, жена даже не сделала попытки подняться, хотя по этикету обязана была присесть перед ним в реверансе. – Пришел за супружеским долгом?

– Потом, – Дарий щелкнул пальцами – и сразу же напротив дивана оказалось кресло, до этого стоявшее в другом конце комнаты. Усевшись в него, Дарий продолжил. – Сначала нам надо кое-что обсудить. Ты – выбор пифий, не мой. Я был не в восторге от человечки этого мира, и уж тем более не собираюсь радоваться непонятно кому из мира другого. Развестись нам нельзя – боги лишат благословения.

Я, император оборотней, обязан думать о своем народе, его благе и благе тех рас, что населяют мою империю. Моей репутации повредит жена, не желающая и не умеющая правильно вести себя в обществе. Поэтому…

Дарий не договорил. Жена внезапно странно и резко задергалась. Ее лицо исказилось. Несколько секунд понадобилось Дарию, чтобы осознать: она смеется. Причем смеется над ним.

Действие успокоительного резко закончилось. Никто и никогда не смел смеяться над императором оборотней!

Дарию снова резко захотелось убивать!

Лика наслаждалась жизнью.

Ей было хорошо, сытно и комфортно. Первый день пребывания во дворце радовал вкусной пищей и мягкими диванами. Лика провела время, валяясь без дела. Завтра. Все будет завтра. Она и дворец осмотрит, и подумает надо тем, чем занять свободное время. Заодно и о мире побольше разузнает, а то начальник охраны практически ничего и не рассказал. Но то будет завтра. Сейчас же, как и в самом начале долгожданного отпуска, ей совершенно не хотелось чем-то заниматься. И она, потакая организму, зевала на диване.

Ближе к ночи появился муж. Лика уже и не надеялась его увидеть. Мало ли, что там с ним случилось, во время его психов. Может, инсульт прихватил. Не хотелось бы, конечно, но ведь нервы не железные даже у оборотней. Но драгоценный супруг, видимо, обладал железной нервной системой.

Он появился в чем-то домашнем, то ли в костюме, то ли в пижаме, бросил на Лику равнодушный взгляд, словно на муху, сел в кресло напротив и начал умничать.

Лика слушала, и ей все сильней хотелось даже не сеяться, а просто ржать, как лошадь. Муж говорил спокойно, но в то же время пафосно. Со стороны это было жутко смешно. Надутое самомнение и уверенность, что его мнение самое главное, делали драгоценного супруга похожим на индюка или глухаря.

Лика, не выдержав, расхохоталась. Ей и начальство на работе было трудно слушать без смеха.