Жена на выход

Почувствовав мое прикосновение, Макс все же успел импульсивно занести кулак, но вовремя остановился, не зацепив меня. Я облегченно выдохнула.

— С ума сошла? — прорычал Стравинский. — А если бы я тебя…

— Успокойся, Макс, — как можно убедительней произнесла я, отодвигая моего разъяренного мужчину от Олега.

Положила руки Стравинскому на плечи, провела вверх по шее и обхватила его лицо, смотря при этом прямо в горящие гневом глаза. Мы сидели на полу, возле еле живого Олега, и не разрывали зрительного контакта.

Казалось, что стоит лишь мне моргнуть, как Макс опять потеряет контроль и обратится в безжалостного зверя.

— Дыши, милый, все хорошо, — шепнула ему, заметив, как он встрепенулся на моих словах и смягчился в лице, словно кто-то перезагрузил его программу.

Макс послушался и шумно выдохнул, а потом обхватил мои запястья руками. Боковым зрением я заметила кровь на его костяшках и, судорожно сглотнув, прильнула к нему так близко, что чувствовала жар его дыхания на своих губах.

И, наверно, я бы поцеловала Макса, если бы в этот момент на весь кабинет не прогремел сумасшедший хохот Олега.

Стравинский мгновенно подскочил и, не дав мне даже возможности опомниться, схватил бывшего друга за грудки и легко поднял его на ноги, словно марионетку. Хотя нет, скорее, как куклу Чакки, вот на кого он больше похож, такой же мерзкий, подлый и опасный.

Пока я проводила глупые параллели в своем затуманенном страхом мозгу, Макс успел пару раз встряхнуть Олега, что-то прорычав ему в лицо, однако тот продолжал безумно скалиться.

— Макс, он что-то принял и сейчас не в себе! — воскликнула я, беспокоясь, что Стравинский опять будет избивать этого психа.

Но вместо этого Макс вдруг усмехнулся и, оттащив Олега в дальний угол кабинета, толкнул его на находящийся там диван. Сам же схватил стул, с грохотом придвинул его ближе, специально ударяя ножками об пол, и сел напротив обмякшего врага.

— Значит, побеседуем.

Под дозой ты должен быть особенно разговорчивым, — протянул Стравинский с такой злобой, что у меня невольно все сжалось внутри. — Карина, можешь идти, — бросил мне, не оглядываясь, будто я его секретарша.

— Ага, сейчас! Чтобы ты прибил его тут? — возмущенно отреагировала на этот грубый приказ. — Нет уж, я останусь!

— Туда! — Макс указал жестом на свое кожаное кресло, которое располагалось в противоположной стороне кабинета.