Жена Эмина. Его наследник

Мама звала меня из гостиной - только там был телевизор, по которому чаще всего бабушка смотрела домашние сериалы.

- И зачем ей на него смотреть? Не насмотрелась еще? – фыркнула бабуля, когда я спустилась вниз.

- Что-то срочное, мам? Я на работу опаздываю. Сегодня пятница, я же говорила, что к нам генеральный с заказчиком должен приехать!"

"Посмотрев в экран телевизора, я резко замолчала. Тело сиюминутно стало ватным, как и язык, а легкие сжались до немыслимых размеров. Дышать стало не просто тяжело – больно.

Не понимаю, зачем мама это делает? Зачем каждый раз заставляет меня вспоминать о нем?

Сердце пронзила боль.

Эмин.

Красивый, высокий. Мечта многих девушек, завидный холостяк Волгограда, да и не только. Немерено богат, влиятелен, амбициозен.

Мой бывший муж. Моя личная боль и отец моего ребенка.

- Тоже мне - меценат, благотворитель! - продолжала бурчать бабуля, - он не детям помогает, а грехи замаливает за всю боль, что принес моей внучке.

Нельзя винить бабулю в таком отношении к Эмину.

Знает количество пощечин.

И в жестокость его не по слухам верит, а по моим рассказам.

- Мам, бабуль, - выдавила я, - я пойду. Уже опаздываю.

- Беги, дорогая! Удачи на работе!

Круто развернувшись, я вышла из гостиной. Я не слышала, что говорили о нем по телевизору – только смотрела в его серые глаза и дышала через раз.

На работу я пришла вовремя. Поздоровавшись с дядей Костей, я поднялась на лифте и окунулась в наш офис. Надеюсь, что генеральный директор не задержит нас надолго, безумно хотелось вернуться к сыну.

Я и раньше видела Эмина по телевизору.

Но сегодня все было по-другому, словно иначе. В душе поселилась неясная тревога - а в такие моменты мне всегда хотелось чувствовать, что Эльман рядом, что сын в безопасности.

- Все в сборе. Отлично, - напряженно произнес Мирон Алексеевич, - через пять минут жду сданные проекты. К вечеру ожидаем гостей.

Нашему директору было далеко за тридцать, вот только перед приездом генерального он волновался больше, чем все семь сотрудников в его подчинении, включая меня.

А едва мы расселись по рабочим местам, как в офис зашел мужчина.

Его никто не заметил. Походка его была тихой, вкрадчивой, а взгляд – тяжелым.