Жечь мосты и грабить корованы

Монстры… Суровая природа оказалась гораздо страшней.

Даже сидя дома в тепле, Виталик ощутил все «прелести» похода в горы — если разработчики игры задались целью отбить у геймера всякое желание путешествовать, им это удалось.

«Лучше дома!» — повторял Виталик девиз пандемии. — «Лучше дома, чем корячиться вот так вот в горах…»

Когда Братство Конца достигло-таки отмеченную на карте большую пещеру, Виталик вздохнул с облегчением — он уже знал, что дальше они не пойдут. Ограничатся осмотром одного покинутого драконьего логова, а насчёт осмотра второго соврут.

— Рыжебород и Бомжак идут на разведку. Остальным не разбредаться! Барон Мангор говорил, что драконы предпочитают большие пещеры, не хватало ещё по дурости кого-нибудь здесь потерять. На рассвете, когда солнце осветит эту дыру, исследуем всё более тщательно.

Сэр Витальевич привалился к стене вместе со скучковавшимися за кучей валунов ребятами. Все устали, а у них даже не было с собой топлива для растопки костра.

Виталик задремал вместе со своим персонажем, когда в наушниках раздалась грубая ругань гнома:

— Не дёргайся, падла, а то хуже будет!

— А-а-яй-яй-яй!

— Сам виноват, я тебя предупреждал, псина сутулая.

Сэр Витальевич различил в полумраке фигуру Рыжеборода, держащего за ухо мелкую человекоподобную тварь. Когда гном подтащил свою добычу поближе, то в свете волшебных доспехов оказался виден кобольд — на кого-кого, а на этих созданий Виталик успел насмотреться во время прошлого приключения Братства.

— Не бить, не убивать Даикина! Даикин отдать вам трусы!

— Чего, б… — невольно вырвалось у Виталика. — Какие на фиг трусы?

— Трусы, да. Отдавать-отдавать! — быстро затараторил кобольд, поскуливая в хватке мускулистого гнома.

Рыжебород ткнул кобольда мордой в холодный каменный пол, быстро связал руки и ноги твари тряпками, которые Братство Конца использовало во время похода в горах вместо верёвок.

— Следил, падла, за нами, — убедившись, что кобольд не сбежит, Рыжебород выдохнул с облегчением. — Я прямо загривком взгляд чувствовал, но не подавал виду. Боялся, что если с Бомжаком тревогами поделюсь, тот опять землетрясение на всякий случай устроит или ещё наделает каких глупостей.