Жажда власти 2

С красивыми у него всегда были траблы, в их присутствии Славик робел, не знал, что сказать, и либо нёс какую-то чушь, либо молчал, боясь показаться дураком. У него и с Кихуатон спорить получается плохо. Кихуатон секси… дома такие быстро теряли к нему интерес. Впрочем, таких, как Кихуатон, дома и не было. Зато здесь, когда он продаст сам себя за огромные бабосы, их у него будет целая толпа. Короче, с девчонкой той ничего не срослось, а вот птичье гнездо он действительно видел. Только на катер Кетцали оно ничем не похоже, разве что тоже круглое.

– В гнезде можно сидеть и даже лежать, а тут перекладина какая-то! – Славик покосился на мощную балку, напичканную непонятными высокотехнологичными приборами. Балка диаметрально пересекала катер в паре метров над головой, располагаясь в прозрачной части кабины. – А почему здесь, внизу, ничего нет?

– Это зона комфорта! – Кихуатон подтолкнула его к опустившемуся креслу: – Садись! Вверху управляющий насест, Кетцали – птицы, если ты заметил! Они сидят наверху, а сюда спускают хвосты! Ты что, не видел, какой у Кетцали хвост? Двадцать килограмм перьев! У них есть длиннохвостые подвиды, инженеры это учитывают, техника же стандартизирована!

Славик опустил на пол поклажу и уселся в кресло.

– Как Кетцали сидят в креслах? – уточнил он, глядя, как поднявшееся на уровень управляющего насеста кресло зажигает в воздухе перед ним элементы управления.

– Они в них не сидят! – Кресло с Кихуатон поднялось следом и остановилось рядом. – Кресла предназначены для гуманоидов! Кетцали – часть Империи, а в Империи всё стандартизировано для всех! Мы об этом уже говорили! – Она торопливо ткнула куда-то пальцем, и область управления перед Славиком погасла.

– Я не собирался! – обиженно заявил Славик, убирая протянутый к исчезнувшей панели управления палец. – Просто хотел включить массаж, я знаю, как он включается, раз это имперский стандарт! У меня от этого андроидного стула всё тело ломит!

– Наслаждайся! – Тонкие пальцы Кихуатон скользнули по паре светящихся в воздухе сенсоров, и кресло Славика принялось за активные массажные процедуры.