Жажда власти 2

– Приказ понятен, – вяло подтвердил Славик и направился к входу в дупло.

Поначалу он пытался косить под робота и говорить механическим голосом. Но Кихуатон его немедленно высмеяла, типа, он примитивный дикарь с примитивными же понятиями о научно-техническом прогрессе. В матрицу даже самых простых полимерных рабочих заложен десяток интонаций. Так сделано для элементарного комфорта владельцев. Это было обидно, ведь он хотел как лучше! Подумаешь, не знал, и что теперь?! Надо было вовремя обеспечить его обучающими гипнограммами! Но подозрения Славика быстро подтвердились: команда неудачников не торопилась обучать его жизни в местной галактике.

"Отчасти, видимо, это было правдой, потому что искать его не прекратили, но истинную причину отказа Славик вычислил сразу: неудачники боятся, что он узнает, как тут всё устроено, и сразу от них сбежит. И плакали тогда их денежки! Но сдаваться Славик не собирается, и все эти ухищрения им не помогут. Потому что он всё равно сбежит, как только создаст план! Славик вошёл в дупло, миновал вход в бунгало и направился по центральной жерди к своему гнезду, невольно выворачивая голову в сторону Кихуатон.

Жена Ночтли стояла перед зажженным в воздухе электронным зеркалом в гардеробном гнезде на параллельной ветви, одетая в летнее платье по последней моде Чиалори. То есть голая. Ну, в смысле, голой была только грудь и часть спины, остальное закрывал наряд из множества ажурных длинных вертикальных лент, подчёркивающих фигуру. Ленты закрывали тело до самого пола, но при этом были то ли вообще, то ли почти не связаны друг с другом, и каким образом они повторяли форму тела в области живота, талии и ягодиц, Славик не понимал.

Но сейчас ему было не до секретов местных технологий. Кихуатон держала в руке какой-то небольшой изящный девайс и осторожно водила им перед своей грудью. Из девайса бил лёгкий поток какой-то прозрачной, разреженной до состояния тумана жидкости, оседавшей точно на сосок. Орошённая поверхность соска поблёскивала влагой пару секунд, после чего быстро высыхала без каких-либо следов.