Жалостью к врагам не страдаем

Генерал посмотрел на часы:

– Ровно 10.00! Попробуем выйти на Шакура Акрани.

Он снял трубку приведенной в полную готовность спутниковой станции, набрал длинный номер, включив режим громкой связи. Раздались сдвоенные гудки. Они звучали довольно долго. Наконец вызываемый абонент ответил:

– Пуштун на связи! Доброе утро!

– Здравствуйте, Шакур. Вы можете спокойно и открыто говорить?

– Если бы не мог, не ответил.

– Хорошо! Я – руководитель спецслужбы, которой вы временно подчинены. Зовите меня Сергей Леонидович.

– Мне довели приказ поступить в ваше распоряжение.

– Вы неплохо говорите на русском языке.

– Благодарю. Хорошие преподаватели в свое время учили.

– Перейдем к делу. Вы подтверждаете способность обеспечения безопасности встречи боевой группы у Кадинкота?

– Да, подтверждаю!

– Место проведения главной акции определено?

– Таких мест несколько. Командир группы сам определит, где удобнее действовать подчиненной ему группе.

– Порядок марша от Кадинкота до района применения группы отработан?

– Да.

– Как вы считаете, насколько сильна будет охрана колонны Абадзе?

– Это станет известно позже, но много людей тащить с собой в Кандагар Ахадрад не станет.

– Где во время проведения акции намерены находиться вы?

Агент неожиданно ответил:

– Либо в Галистане, либо где-то между базой Хизаята Тургая и Буриши.

Феофанов удивился:

– Чем это объясняется?

– Тем, что даже при соблюдении Абадзе режима повышенной секретности при перевозке заложниц в Кандагар разведка Хизаята может пронюхать о тайных маневрах Ахадрада. И тогда Тургай наверняка предпримет меры по захвату колонны. В данных условиях ваша группа выполнить боевое задание будет не в состоянии без риска оказаться между двух огней, а если до конца откровенно, то без риска быть уничтоженной. Этого допустить нельзя. Поэтому я займусь отвлекающим маневром.

Офицеры спецназа переглянулись. Феофанов спросил:

– Что вы подразумеваете под отвлекающим маневром?"

"– А вот об этом мы поговорим с командиром группы при личной встрече. Я прекрасно понимаю предвзятое отношение, которое сейчас имеет место быть к агенту, с которым ваша служба раньше не работала. Опасения, подозрения. Думаю, командир группы не в восторге от того, что будет вынужден работать в тесном контакте с неизвестным афганцем.