Зельеварка

– Признаться, я весьма доволен, – сказал генерал, усаживаясь в кресло.

– Чем же?

– Тем, что именно вы оказались моей спасительницей. Со своей стороны, я готов вас обеспечить, защитить от всех превратностей судьбы, и финансировать ваши исследования, – генерал налил в снифтер коньяка и одобрительно понюхал.

– О! Каким же образом? – защита, это хорошо, финансирование еще лучше. А добровольцы для проверки зелья вообще сказочно! Разве мне много нужно?

– Самым примитивным. Станьте моей женой, – генерал пригубил коньяк.

– Но вы женаты! – кашлянула после паузы.

Он же несерьезно? Я видела его супругу, если отбросить траур и рыдания, то весьма привлекательную, моложавую женщину лет сорока пяти.

– Уже нет, – ответил генерал. – Участие моей жены и ее племянника в отравлении и попытке умышленного убийства доказано, со вчерашнего дня я в разводе. Помимо прочего, они были любовниками.

– Она в монастыре? – я не знала, куда девают провинившихся жен и спросила наобум.

– В тюрьме и ждет казни, – жестко ответил генерал.

 – Срок весенних приговоров настанет через три недели. Через месяц, максимум пару месяцев, я надеюсь назвать вас своей женой. Времени как раз достаточно, чтоб сшить платье и все организовать на должном уровне.

– Мур Тобиас, я не… – голос внезапно сел. Да он мне в дедушки годится!

– Вы не состоите в отношениях и не влюблены, значит, можете рассуждать здраво. Вас смущает разница в сорок лет? Бывают и более неравные браки.

Я посмотрела затравленным взглядом на национального героя. Это все равно, что выйти замуж за памятник!

– Я очень богат, овеян бранной славой, вам не придется стыдиться моей фамилии.

Вы станете единственной наследницей моего состояния.

– Но…

Генерал проницательно прищурился.

– Я не противен вам физически?

– Нет, но…

– Спальню супруги я посещал последний раз лет семь-восемь назад, вам не грозит физическое насилие с моей стороны.

– Но…

– Вы девушка молодая и, несомненно, мечтаете о любви и прочей дребедени. Возраст такой, понимаю. Именно хорошие, воспитанные домашние девушки склонны сбегать из дома с негодяями, запудрившими им голову.

Чем сильнее давишь, тем скорее пружина рванет. Но все можно урегулировать и ввести в приемлемые рамки. Все офицеры, присутствовавшие на обеде сегодня, одобрены мной, как ваши будущие любовники. Выберете вы одного или сразу парочку, я возражать не стану, – генерал усмехнулся. – Однако порочащих слухов и ущерба репутации не потерплю. Согласитесь, это разумное требование. Я не тиран.