Зельеварка

Бревис сделал себе имя, считался авторитетом и новатором, его пригласили на должность декана зельеварения, хотя он не смог бы приготовить ни одного маломальского зелья!

Я не стал ему отказывать от дома, это вызвало бы толки, меня и так упрекали в зависти к более талантливому Тариэлю! За пять лет, трудясь, как вол, я запатентовал семнадцать зелий! А Тариэль ни одного. Он затаил злобу. Пользуясь слабостью Мариссы, он стал нашептывать ей, как им прекрасно было бы вдвоем, без меня, но с моими рецептами и патентами.

Тебя он подкупил пряниками и конфетами, ты охотнее бежала к нему, чем ко мне.

– Я была тогда ребенком, – но мне стало ужасно стыдно.

– Я ликовал, когда в тебе проснулся дар! И сразу понял, чем объясняются хищные взгляды Тариэля. Получить ручного мага, выращенного своими руками! Обожающего доброго друга семьи и не подозревающего о нашем конфликте. Разумеется, он не собирался жениться на пустышке Мариссе. Он нацелился на тебя.

– Но мне тогда не было и десяти!

– Маги живут долго. Я увез вас в Юверну.

К морю, объясняя переезд твоими слабыми легкими.

Там было хорошо. Я всегда хотела вернуться, мечтательная улыбка сама появилась на моих губах.

– Подошло время твоей учебы, мы вернулись в Десадан. Было невозможно жить вдали, поселив тебя в общежитии, оставив в руках Тариэля. Этим бы я развязал ему руки. Я купил дом, и мы переехали. Марисса была счастлива. Я предупредил Бревиса, чтоб он не лез к тебе. Но он пристально следил за твоими успехами. А потом я обнаружил мышьяк в кофе, токсин кубомедузы на губке в ванной, и цианид в миндальном пирожном.

Я предложил развестись, но Марисса требовала себе тебя. Говорила, что я отвратительный отец, и только мать способна удачно устроить судьбу девушки. Она не могла осознать, что ты сильный маг, и относилась к тебе, как к обычной пустышке на выданье. Бревис скрывал от нее, насколько ты талантлива, она и считала, что дара едва хватает на учебу. Начни он тебя хвалить, ее ревнивая натура бы заподозрила неладное.

– Это изрядно бесило.

Я старалась реже бывать дома, задерживалась в академии.

– Было и еще кое-что. – Помрачнел отец. – Но об этом позже. Время за полночь, спи.

Какое там спать! Вот нечего скрывать от детей проблемы! Не такие они и глупые. Но я даже не подозревала о них, считала, что просто у мамы с папой разные интересы, поэтому нас в театр провожал друг семьи, а не папа. Папа не любит театр, что тут особенного? Я раздумывала над нашей семейной драмой и вертелась до самого утра.