Затерянные земли или Великий Поход

Я бы тоже заплакал, если бы не судороги подступающего…

— Стой-стой! Все-все! Я понял! Спасибо за артефакт! Будем на связи!

— Спасибо тебе! Лишаю себя удовольствий, ведь такая сексуальная роскошь не каждому аналитику достается…

— Я прошу тебя! Прекрати! Мы же договорились, да?

— Спасибо, за всех аналитиков Неспящих спасибо тебе! Они даже перестанут планировать тебе подставу с последующим каскадом вроде бы случайных смертей…

— Правда?

— Да! Правда!

— Спасибо им! Большое!

— И тебе!

— Ну, ты иди уже, иди, дай мне в себя прийти и стереть из мозга твои рассказы, хотя вряд ли я теперь стану прежним.

— Хорошей тебе вахты, Великий Нави! Ты крутой! Ты даришь людям это… ну… всякое ты даришь людям…

— Больше не хвали меня, я не выдержу и заплачу…

— Удачи!

Покачивающаяся фигура Знайки скрылась в тусклой вспышке локального телепорта. Выдохнув, я помассировал виски и с огромной радостью уставился на погибающего исполинского динозавра бьющегося наполовину в воде и наполовину на рифах. Пираньи снова жрут кого-то живьем… Господи, какое милое умиротворяющее зрелище…

Армада Неспящих продолжала совершать смертельно опасный слалом, упорно преодолевая любые препятствия встречающиеся на пути.

***

Нам повезло.

Очень повезло.

Если оценить объем нашей общей фантазии, весь груз бредового испуганного воображения сложенный в одну большую кадку и хорошенько перемешанный, то можно смело заявлять — мы превзошли любого кубического паникера.

Семь часов. Вот сколько времени понадобилось армаде на прохождение одного из участков ВОС. Если нарисовать судовой маршрут на крупномасштабной карте локации, то получится кардиограмма жутко взволнованного человека — настолько частые диковинные зигзаги были бы выписаны на бумаге.

Ныряешь в один узкий донельзя проход, скрежеща бортами по камню и клыкам пираний, продираешься насквозь, попадаешь в крохотную лагуну, где едва достанет места для разворота почти на месте, после чего корабль заходит в еще более узкую горловину извилистой кишкой ведущую дальше. Облака кислотного пара застилают взор и разъедают крылья драконов и птиц, небесные разведчики плачут в голос, пытаясь выполнить свой долг.